AskizON.ru - сайт о Хакасии и ее коренном населении... История, Культура, Быт, Достопримечательности...

КОРЕ-САРЫГ И ВОЛЧИЙ ЦАРЬ

В долине Абакана жил сирота Коре-Сарыг. Он вырастил каурого жеребенка, рожденного поздней осенью, который стал конем для верховой езды. Однажды Коре-Сарыг поехал осматривать волосяные силки, поставленные в степи на птиц. По дороге он увидел двух ле­жащих спаренных белых змей. Он остановил своего каурого коня, снял свой пояс и бросил его поверх змей. Согласно хакасскому обы­чаю, если бросить поверх двух спаренных змей пояс, то он, надетый после этого на человека, принесет тому счастье. Как только Коре- Сарыг бросил пояс, две змеи, разъединившись, взвились и пронзили ему оба уха. Войдя в одно ухо, они выскочили через другое. Коре- Сарыг свалился с коня и потерял сознание. Когда он очнулся, то слы­шит голоса двух летающих птичек: «Сквозь уши Коре-Сарыга прошли две белые змеи. Теперь он знает язык всего живого мира. Свою спо­собность он должен хранить в тайне. Если он кому-нибудь раскроет свои знания, то не миновать ему смерти».

Озадаченный Коре-Сарыг сел на своего каурого коня и отправился дальше в путь. Вдруг раздался голос: «Коре-Сарыг, помоги мне!». Он двинулся по направлению голоса и обнаружил выкопанную в степи лов­чую яму «кюрюп», куда попал белый волк. «Вытащи меня отсюда, я тебе дам три добра», - обращается к нему белый волк. Коре-Сарыг привязал к торокам седла шелковый аркан и вызволил волка из ямы «кюрюп». Осво­божденный волк говорит: «Я волчий царь - Пююр-хан! Я был проклят людьми на 40 лет за то, что уничтожал их скот. Теперь вместо трех бла­годарностей я тебя в трех местах разорву. В этом мире за добро получают только зло». «Нет, - говорит Коре-Сарыг, - отправимся к трем разным местам, где нас рассудят. Пусть бывалые существа ответят: платят ли за добро добром или злом за добро». Пююр-хан согласился.

Долго ли, коротко ли они шли, повстречалась им на пути священная береза «пай-хазын» с шестьюдесятью ветвями и золотыми листьями. Ко- ре-Сарыг спрашивает: «Золотолиственная священная береза «пай-хазын», скажи, в этом солнечном мире за добро платят ли добром?». Пай-хазын ответила: «Я одна выросла посреди степи. Грозный ветер меня сгибал, громкий гром меня пугал, но я выстояла. Проходящие мимо люди прята­лись под моей кроной во время дождя, находили приют от жаркого солн­ца. После того, как люди получали мое добро, они платили злом. Мои же корни жгли на огне, ножом обрезали мои ветви, из ветвей делали топо­рища. В этом мире, на освещаемой солнцем земле, люди не отплачивают за добро добром».

Волчий царь Пююр-хан и Коре-Сарыг дальше отправились. На пути им встретился одинокий гнедой конь, идущий по глухой степи. Коре- Сарыг у него спрашивает: «Скажи, верный друг кочевника, платят ли за добро добром?». Гнедой конь отвечает: «Раньше я был прекрасным рыса­ком. Лучше меня не было скакуна в этой степи. Мой хозяин поначалу был бедняком, но на скачках, делая заклады на меня, разбогател. Когда я состарился, он выгнал меня в степь со словами: «Пусть съест его зверь». Нет, в этом мире за добро не платят добром».

Отправились они дальше, пока не достигли Енисея. Коре-Сарыг слез с коня, снял головной убор и поклонился великой реке. Дух-хозяин Енисея спросил у него, зачем он пришел. Коре-Сарыг рассказал: «Батюшка наш, Енисей (Ким суг), помоги мне. Я вытащил Пююр-хана из ловчей ямы, а сейчас он хочет меня съесть. Платят ли в этом мире за добро добром?». Енисей ответил: «Пробив белые тасхылы, извиваясь меж гор, я пришел в хонгорские степи. Народу, живущему в моей долине, я дарю питье и пи­щу. Но черноголовый люд всю свою грязь сливает в мои чистые воды, умывшись моими струями, в меня же плюют. Нет, за добро добром не платят».

Пююр-хан стал злорадствовать: «Ну, что, ты услышал, как отвечают люди на добро?». Затем волчий хан сжалился: «Хорошо, я свой долг за мое спасение верну добром. Поехали ко мне в гости».

Долго ли, коротко ли они ехали, достигли владений Пююр-хана. Вол­чий хан предлагает Коре-Сарыгу золото величиной с конскую голову, да­рит ему серебро величиной с овечью голову. В этот момент внутренний голос «чил-аас» шепчет Коре-Сарыгу на ухо: «Проси серого щенка с обго­релым хвостом». Коре-Сарыг смотрит - действительно, на подушке лежит щенок. «Ладно, - говорит, - я не держал в руках золотой монеты, поэтому не нужно мне ни злата, ни серебра. Вон того серого щенка отдай!» Лицо Пююр-хана изменилось. В сторону посмотрит - глаза слезами застилает, прямо посмотрит — лицо улыбкой светится. «Хорошо, - согласился он, — возьми, но корми его вместе с собой, спать укладывай вместе с собой». Коре-Сарыг взял за пазуху щенка и отправился в обратный путь.

Долго ли, коротко ли он ехал, добрался до одного селения. Зашел в богатую юрту, где на постели возлежал бай. Но хозяева даже не уго­стили его чаем. Коре-Сарыг попросил оставить у них в юрте седло, снятое с коня, дабы спина скакуна немного отдохнула. Бай разрешил. Коре-Сарыг поставил коня на прикол кормиться, а сам зашел в ма­ленькую кибитку, стоящую рядом с байской юртой. Там обедали ста­рик со старухой, и он встретил достойный прием. После того, как они поздоровались, радушные хозяева провели его на почетное место и предложили ему ночлег. Они забили последнюю овечку и стали уго­щать гостя свежим мясом. Три кусочка жирного мяса и три ложки жирного бульона Коре-Сарыг бросил в горящий очаг для кормления духа-хозяйки огня «От-ине».

Под вечер Коре-Сарыг заметил, как в дверь заходит седая старушка и са­дится со стороны порога, а из очага вышла другая, дородная бабушка, и села в изголовье очага. Это были духи-хозяева огня. Хозяйка огня байского дома была худой, в облезлом кожане, с бледным, как белая береста, лицом. Дух- хозяйка очага старика со старухой была ядреной и со здоровым румянцем на щеках. Они стали вести тихую беседу. Худая богиня огня «От-ине» байской юрты пожаловалась: «У меня все пересохло во рту. Неужели от тысячи бай­ских овец для меня не найдется жирного ребрышка баранины? Байская жена бросает в очаг одни кости, тыкает в огонь острыми предметами. Я стала од­ноглазой калекой. Сегодня ночью я сделаю пиршество, подниму языки бело­го и красного пламени, накалю докрасна байский дом». «В его жилище оста­лось седло моего гостя, как бы оно ни сгорело вместе с байской юртой», - говорит дух-хозяйка очага стариков. Худая старушка успокоила: «Я закрою седло перевернутым бронзовым казаном. Чтобы предотвратить беду, я от вашего жилища отведу ветер в другую сторону».

Ночью поднялся большой ветер, из очага байской юрты поднялось огненное пламя, от которого байская усадьба сгорела. На месте пепелища остался лежать перевернутый бронзовый казан, под которым оказалось несгоревшим деревянное седло Коре-Сарыга. Скот бая от пожара и ветра разбежался по степи.

Утром бай обратился к гостю с просьбой помочь собрать разбежав­шийся скот. Коре-Сарыг отправился в степь, где увидел волков Пююр- хана, охраняющих стада. Сам Пююр-хан обратился к нему со словами: «Я обещал дать тебе три добра, теперь ты их получишь. Возьмешь из байского стада ягненка, жеребенка и теленка, которые несут на своих плечах счастье всего скота». Когда Коре-Сарыг погнал животных назад, то заметил, как в стаде коров один теленок отстал. Обеспокоенная мать- корова спрашивает, почему он такой слабый, ведь отстающих коров под­гоняют плетью. Теленок ответил: «Всевышний творец счастье всего ско­та взвалил на мои плечи. Поэтому мне тяжело и я не могу быстро дви­гаться». Далее Коре-Сарыг услышал такой же ответ в табуне от отстаю­щего жеребенка и в отаре от ягненка. Когда он доставил скот баю, то взял себе в качестве вознаграждения отмеченных счастьем пестрого теленка, серого жеребенка и пестрого ягненка.

Вернувшись домой, Коре-Сарыг молодняк загнал в скотный двор, а щенка занес в юрту. Через некоторое время, благодаря наличию «счастья скота», у него появились бесчисленные стада, он превратился в большого бая. В юрте у него каждый день была готова еда, все прибрано.

Однажды он дремал и вдруг заметил, как щенок преобразился в кра­сивую девушку, убирающую дом. Серый щенок оказался дочерью Пююр- хана. Коре-Сарыг схватил ее за руку, не давая возможности перевопло­титься в щенка. С тех пор дочь Пююр-хана приняла женский образ. Они сыграли свадьбу и стали припеваючи жить.

Летом его жена нагнала араки, а из творожистой массы стала делать сырцы - пичирё. Она положила сырцы на крышу сарая, чтобы они под­сушились на солнце. Коре-Сарыг видит, что на крышу сели два воробья, которые стали клевать сырцы. Воробей клюет, а его воробьиха ногой сбрасывает их на землю. На вопрос - зачем она человеческую пищу сбра­сывает вниз, воробьиха ответила, что двигается черная туча и скоро пой­дет дождь. Жена Коре-Сарыга занесет сырцы в дом, а они на земле будут клевать дальше. Коре-Сарыг, услышав разговор воробьев, рассмеялся. В этот момент из юрты вышла его жена и увидела, как он без причины сме­ется. «С чего это ты смеешься?» - пристала женщина. Коре-Сарыгу нель­зя раскрывать свою тайну о том, что он знает язык птиц и зверей. Но же­на не унимается. Тогда Коре-Сарыг решил раскрыться, но перед смертью захотел вдоволь попировать. Он вышел в степь, чтобы поймать молодого жеребенка на мясо. К нему подлетел жеребец с упреком: «Я хозяин шес­тидесяти кобылиц и один с ними справляюсь. Ты же имеешь только одну жену и не можешь ее угомонить. Не отдам тебе моего жеребенка». Жере­бец угнал свой косяк далеко в степь. Коре-Сарыг вернулся домой, схва­тил жену за две косы и как следует огрел ее камчой. «Будешь еще дони­мать меня вопросами, почему я смеялся?» - спросил Коре-Сарыг. Жена стала умолять пожалеть ее и зареклась что-либо спрашивать у мужа. С тех пор они счастливо и без ссор зажили.

Другие материалы в этой категории: « Хоорай-Адас

для детей старше 16 лет