Хакасский фольклор

Хакасский фольклор (184)

Подкатегории

Мифы, легенды и предания

Мифы, легенды и предания (184)

Здесь мы представим хакасские мифы, легенды и предания, обозначаемые в хакас­ском языке общим термином «кип-чоох». По содержанию они систематизированы в разделы о мифических народах, проживавших в древности на территории Хакасско- Минусинского края, о географических названиях, о кыргызских предках, о формирова­нии хакасского народа, о происхождении отдельных родов и племен, а также о легендарных героях нашей славной Хакасии, начиная от мифических лично­стей и заканчивая историческими персонажами XVII в. Все представляемые фольклор­ные произведения записаны, обработаны и переведены на русский язык профессором В. Я. Бутанаевым и доцентом И. И. Бутанаевой. Большая часть кип-чоохов впервые вво­дится в оборот, безусловно представляя интерес как для исследователей, так и для ши­рокого круга читателей, интересующихся историей и культурой хакасского народа.

 Собрание мифов, легенд и приданий из книги Бутанаева Виктора Яковлевича "Мы родом из Хонгорая" на AskizON!!!

 

 

Просмотр материалов ...
Оцените материал
(0 голосов)
В долине Таштыпа, около местности Тарбаган стоит скала под назва­нием Пизелиг-хая. На ней охрой были нарисованы различные тамги коней. Но…
Оцените материал
(0 голосов)
В древности одна женщина по имени Магнай со своей дочерью отправилась за брусникой в горы Сахсары. Наткнувшись на брус­ничник, они,…
Оцените материал
(0 голосов)
Наш абакано-татарский народ родился от горных духов. Он имеет горную душу, полученную от богини Умай. Поздней осенью, когда земля начинает…
Оцените материал
(0 голосов)
Предок нашего народа Хоорай-Адас был великим охотником. Од­нажды осенью он отправился на добычу пушных зверей в тайгу. Около своего балагана…
Среда, 02 октября 2013 00:00

СЫГЫРЫ

Автор

На берегу одного быстрого ручья, у подножия горы Хара-таг жила одна вдовая женщина со своим сынком, которому было всего семь лет. Он был очень смышленым и подвижным ребенком. Мать с сы­ном жили очень бедно. Не хватало одежды, не хватало пищи. Мальчик с ранних пор стал охотиться на дичь. Он ставил на холмах силки, в ручье ставил верши для ловли рыбы.

Рядом с ними на горе Хара-таг в деревянной юрте жили семь тонконогих слепых великанов, называвшихся сыгырами. Горные духи волшебным обра­зом передали в их руки семиструнный чатхан. При игре на волшебном чат- хане поднимался ураган, выполнявший любое желание играющего.

Каждое утро семь сыгыров брали в руки чатхан и начинали петь гор­ловым пением - хаем. Как только они ударят по струнам чатхана, подни­мается большой ветер, который к сыгырам пригоняет скот и зверей. Ка­кое животное они назовут во время пения, точно такое же, подхваченное ветром, падало им в очаг через дымовое отверстие юрты.

Вдова постоянно твердила своему сынишке, чтобы он не подни­мался на гору Хара-таг, иначе произойдет несчастье. Но однажды мальчик, охотясь со своим луком, не заметил, как поднялся на эту го­ру. Вдруг он увидел большую юрту, срубленную из дерева. В той юр­те раздавалось великое пение. Он заглянул внутрь и увидел сидящих вокруг очага семерых сыгыров. Мальчик стал прислушиваться. Один сыгыр, перебирая струны чатхана, хайларит (поет горлом): «Наш се­миструнный чатхан пусть заиграет семьюдесятью различными напе­вами; одна из коров старого бая из Белой степи пусть свалится к на­шим ногам через дымовое отверстие!».

Как только послышались звуки чатхана, моментально поднялся боль­шой ветер, который закрутил в вихре корову и в очаг сыгыров упало на­званное животное. Сыгыры расчленили тушу, стали варить суп в бронзо­вом котле (кулер хазан). Глядя на них, мальчик подумал: «Эти безглазые существа вряд ли узнают, если я возьму кусочек мяса». Он схватил одну ляжку коровы и прибежал с ней домой. Мальчик стал кормить мясом свою мать, рассказывая ей о своем поступке. Вдова, услышав такую весть, стала причитать: «Ты, окаянный сорванец, зачем ходил на Хара- таг, ты навлечешь на нас беду».

Когда через некоторое время они съели ляжку, мальчик опять отпра­вился на гору Хара-таг. Как говорят, «повадившийся волк всегда на хол­ме». Придя к юрте сыгыров, он опять услышал игру на чатхане и звуки хая. Сыгыры пели: «Пусть наш семиструнный чатхан заиграет семьюде­сятью разными мелодиями, пусть одна из лошадей старого бая Белой степи предстанет перед нами». Лошадь бая, подхваченная ураганом, упа­ла через дымовое отверстие перед сыгырами. Семь слепцов-сыгыров схватили ее и ободрали. Когда они разделывали тушу лошади, проныра- парень схватил одну ляжку и притащил ее домой. Как говорится, «глаза черепа не наполнятся песком».

В третий раз мальчик опять отправился на гору Хара-таг. В юрте сы­гыров раздавалось пение: «Наш семиструнный чатхан пусть звучит семьюдесятью мелодиями, одна из овец старого бая Белой степи пусть предстанет перед нами!». В тот же миг через дымовое отверстие в очаг шлепнулась овца. Когда сыгыры ее разделывали, мальчик схватил одну ляжку и унес ее домой.

Спустя некоторое время сыгыры стали разговаривать и спрашивать друг друга, кто из них что ел. Один говорит, что вот это он съел, другой - другое. Выяснилось, что по одной ляжке всегда не хватало. «Разве скоти­на бывает трехногой?», - удивляются они. В это время мальчик подошел к их юрте и стал подслушивать. Старший сыгыр говорит: «Как бы это ни было проделками мальчика, который живет у подножья Хара-тага. Он такой пройдоха, что может даже высосать слизь с кишок овцы. Его надо хорошенько проучить».

Услышав такой приговор, мальчик побежал домой и привязал себя кожаными ремнями к одной развесистой лиственнице.

Семь сыгыров засвистели, заиграли на чатхане со словами: «Пусть пред­станет перед нами существо, съевшее скотские ляжки!». Закрутился грозный вихрь, который выдрал с корнем лиственницу вместе с мальчиком. В тот же момент она свалилась через дымовое отверстие юрты прямо в очаг. Семь сыгыров хотят схватить мальчика, но натыкаются на колючие ветви лист­венницы, ойкают, не могут понять в чем дело. Мальчик воспользовался мо­ментом, быстро развязал кожаные ремни, схватил чатхан и убежал домой. Семь сыгыров остались свистеть в юрте, причитая от досады и горя.

Мальчик, прибежав домой, развел огонь в очаге. Он стал играть на чатхане, произнося следующие слова: «Пусть семь сыгыров по одному попадают в огонь!». Поднялся ураган, который подхватил сыгыров. Все они по очереди попадали в горящий очаг и сгорели. Таким образом вол­шебный чатхан оказался в руках хакасов. Этот мальчик прославился тем, что стал великим хайджи.

Вторник, 01 октября 2013 00:00

КУРЕНГИ

Автор

В горах Хонгорая когда-то обитали сказочные таежные охотники куренги (букв, коричневые), т. е. существа одного происхожде­ния с горными духами. Иногда они приходили к промысловикам и со­вместно охотились. Куренги были похожи на наших людей, но только очень смуглые, с красными глазами и волосатые. Куренги были прекрас­ными охотниками. Они имели живые лыжи, подбитые лосиными камуса­ми, которые сами рождались. Не было никаких сил на земле, чтобы опе­редить такие лыжи. В старину куренги зачастую охотились совместно с нашими охотниками.

Однажды один охотник из Арбатов пошел в тайгу. Утром он обнару­жил по дороге уставшую дикую козу. Она еле двигалась. Наш охотник подстрелил ее. Немного погодя, к его балагану на лыжах подошел куренг. «Я утомил этого зверя», - сказал он. Тогда по закону тайги наш охотник отдал добычу. Куренг забрал, разделал козу и в один присест съел ее.

«Давай вместе охотиться, — говорит куренг. - Ты будешь охотиться днем, а я ночью». «Ну хорошо», - согласился охотник. Стали они вместе охотиться. Построили новый балаган, где у огня греются. Наш охотник увидел самоходные живые лыжи. «Как ты даешь команду для езды?» - спрашивает он куренга. «Как скажу «ююк», то они отправляются, - отве­тил тот. - А твои лыжи сами бегают?» - также спросил куренг. «Да, если свистнуть, то побегут, - схитрил наш охотник. - А чего ты боишься?» - спрашивает он куренга. «Я боюсь колючих кустарников - шиповника и боярышника, - ответил тот. - А у тебя есть вещи, которых ты боишься?». «Да, - хитрит охотник, - я боюсь масла с сыром». «А как понять, что ты спишь глубоким сном?» - спрашивает куренг. «Когда я храплю, то значит я крепко сплю, - отвечает охотник. - А ты как крепко спишь?». «Когда у меня глаза закатываются и видны одни белки, то значит я в глубоком сне».

Ночью охотник увидел, что у куренга глаза закатились, видны одни белки. Тогда он вышел из балагана, надел лыжи и дал команду «ююк». Лыжи сами побежали по тайге. Куренг проснулся и не обнаружил ни охотника, ни своих лыж. Он надел лыжи охотника, но сколько ни сви­стел, лыжи не двинулись с места.

Наш охотник на самоходных живых лыжах быстро добрался до дома. Но он забыл у куренга спросить - каким образом надо останавливать лы­жи. Уже проезжая мимо своего аала и не сумев остановить лыжи, охот­ник вытащил нож и вонзил в подбитые лосиным камусом лыжи. Те оста­новились, и из порезов потекла кровь. Живые лыжи погибли, потеряв кровь. Если бы охотник узнал у куренга, как останавливать лыжи, то жи­вые снасти (живой транспорт) оказались бы в наших руках.

Куренгов сейчас нет в тайге, ибо их замуровал в Саянских горах Вер­ховный творец. Воспоминанием о них в Хонгорае служат теперь цветы жарки, красный цвет которых одинаков с цветом глаз куренгов.

Вторник, 01 октября 2013 00:00

НАРОД СТРАНЫ ПЕСТРЫХ КОНЕЙ

Автор

Когда-то в старину в долине Абакана жили три брата охотника. Однажды они отправились на охоту в глухую тайгу Восточных Саян за черными соболями. Дома осталась только их младшая сестра. Перед уходом в тайгу они подарили ей на память серебряный пер­стень.

В тайге один из братьев заблудился. Долго блуждая по тайге, он в конце концов, перевалив через хребет «Ала сын», т. е. Пестрый хребет, спустился в белую степь. Весь пасущийся в степи скот оказался пего­пестрой масти. Здесь паслись громадные табуны пегих лошадей. Люди страны пестрых коней не замечали присутствия охотника из долины Абакана. Он оказался для них невидимым. А ему их поведение казалось странным. Их обычаи, внешность изумляли. Все они были с рябыми ли­цами и светлыми волосами. Когда они ели, то вдыхали только пар, исхо­дивший от горячей пищи. Они накрывали голову подолом одежды над котлом с мясом и вдыхали горячее испарение. Наш народ так лечился при простуде.

Если наш охотник прикасался к какому-нибудь человеку из страны пестрых коней, то тот сразу заболевал. Однажды он зашел в прекрасный дворец и увидел красивую девушку. Охотник из Абакана не выдержал и поцеловал ее. Та сразу скончалась.

Вдруг охотник увидел среди этого народа свою младшую сестру. На ее руке сверкал серебряный перстень. Охотник догадался снять с ее пальца заветный перстень. Сестра сразу увидела своего брата. Она ему поведала, что в его отсутствие умерла от оспы. Ее похоронили, не снимая любимого перстня. Теперь она присоединилась к народу оспенной болез­ни. «Ты пришел в землю хана Оспы, - сказала она. - Здесь растущие тра­вы не вянут, текущие реки не замерзают. Если гости из страны пегих ко­ней появляются в стране Хоорай, то их тоже никто не видит. А народ погибает от болезни».

«Теперь, - продолжает сестра, - народ оспы говорит, что здесь появилась какая-то болезнь. Оказывается, это был ты. Тебя хотят отсюда прогнать, по­этому пригласили великую шаманку Паламор-кам. Так что будь начеку».

После этих слов охотник обратно надел на руку сестры перстень.

Народ страны пестрых коней зашумел и решил пригласить великую шаманку Паламор-кам, имевшую девять бубнов, чтобы выяснить, что случилось. Шаманка Паламор-кам на девятую ночь камлания сказала: «Из солнечной земли пришел дорогой гость, который нас поражает своим прикосновением». Присутствующие люди закричали: «Как он пришел, так же пусть уходит!». Когда шаманка Паламор-кам взяла свой младший, девятый медный бубен, охотник потерял сознание. Он очнулся от холода около своей юрты у болота Чабал-сас по реке Камышта. Шаманка «вби­ла» его в свой бубен и вынесла из страны пестрых коней. Вместе с охот­ником была отправлена и девушка, которую он погубил своим невинным поцелуем. С тех пор в наш край стали приходить «невидимые гости» из страны пестрых коней и появилась болезнь - оспа. Если бы наш охотник не оказался в той стране, то никогда не было бы оспы в нашем крае.

Вторник, 01 октября 2013 00:00

ХАШХАЛАРЫ

Автор

В древности в верховьях Томи жили людоеды, которые назывались хашхаларами. Они были небольшого роста, лица их были чума­зыми, с красными глазами, а их тела обросли волосами. Хашхалары жили в шалашах, среди гор, в тайге. Они пришли в наши места вместе с семья­ми из страны Кыргыз-Хоорай, перевалив хребет Иленниг-сын . Среди них встречались очень красивые девушки. Они понимали шорскую речь и могли разговаривать по-шорски. Хашхалары появлялись в селениях только ночью. Они любили воровать маленьких детей, которых съедали, обжарив на вертеле.

Однажды у одной женщины заболел маленький ребенок, еще не умеющий ходить. Она решила ночью отправиться к шаману, догово­риться, чтобы тот вылечил дитя. Позвала она сестру своего мужа и говорит: «Мой ребенок заболел, схожу я к шаману, до моего возвра­щения приглядывай за ребенком». Девушка согласилась нянчиться с малышом.

В это время один хашхалар подслушал их разговор. Когда женщи­на ушла, он подошел к дому, постучал в двери и говорит девушке: «Давай быстро ребенка, его мать меня попросила отнести его к шама­ну». Девушка не подозревала, что перед ней хашхалар, поверила его словам и ребенка отдала. Хашхалар, взяв подмышку ребенка, отнес его в их стан.

Когда женщина вернулась домой, то не обнаружила своего малы­ша. Спрашивает: «А где ребенок?». Девушка сказала: «Да ты же отправила какого-то человека, чтобы отнести шаману для камлания над ним. Я и отдала». Мать поняла, что девушку обманули, ребенка унес­ли хашхалары. Тотчас же она побежала вслед. Дойдя до логова хаш­халаров, приоткрыла двери их балагана и увидела, что людоеды одно­го ребенка жарят на вертеле, а ее малыш ползает по земле. Женщина обнажила свою грудь, показала ее ребенку и рукой его поманила. Ма­лыш узнал мать, приполз к дверям. Незаметно для хашхаларов она схватила ребенка и побежала назад. Вернувшись в родное селение, она расскавала соплеменникам о хашхаларах. Тогда жители аала ре­шили избавиться от них. На дороге хашхаларов они выкопали глубо­кую яму, которую замаскировали. Ночью туда попадали людоеды из Кыргыз-Хоорая. Люди их побили до смерти.

Среди них оказалась красивая девушка. Один парень в нее влюбился. «Не убивайте, отдайте ее мне», - попросил он у жителей своего аала. Люди, посоветовавшись, оставили девушку в живых и отдали замуж за шорского парня.

У этого парня было еще два брата. Они втроем ходили охотиться. Через некоторое время братья собрались на охоту. В назначенный день старший брат пришел к юрте младшего, чтобы забрать того с, собой. Невестка вышла и сказала, что он ушел на охоту. Братья поверили ее словам, ушли в тайгу. Когда они пришли на свои охотничьи угодья, то в балагане брата не обнаружили. Тогда они вернулись обратно, заподоз­рив неладное. Заглянув к нему в юрту, они увидели, что девушка- хашхалар убила парня и ест его сердце и печень. Тогда братья убили эту девушку.

После таких событий люди долины Томи собрались, отправились в зем­лю Кыргыз-Хоорай, где обитали хашхалары, и полностью всех уничтожили. С тех пор их не осталось на этой земле. Место, где появились хашхалары, в долине верхней Томи, до сих пор называется Кыргыз-Хоорай или Хоорай, а по-русски - Карай. Память о хашхаларах сохранилась в языке шорцев. Когда маленький ребенок ходит чумазым, то ему говорят: «Ты прямо как хашха­лар», или «У тебя лицо, похожее на хашхалара».

Вторник, 01 октября 2013 00:00

МУСМАЛЫ

Автор

В давние времена был такой народ с коровьими копытами - мусма- лы. Они жили в тайге, в берестяных лачугах. Мусмалы с коровь­ими копытами походили на людей, но только были волосатыми. Они могли принять образ любого человека, которого видели. Они не могли ходить по гладкому льду из-за своих коровьих копыт, они не могли зале­зать на деревья.

Мусмалы любили воровать детей и, обжарив их на вертеле, съедали как лакомство. Взрослых людей они, убив, клали в яму и засаливали как рыбу. Чтобы избавиться от мусмалов, люди выкапывали ямы перед дверьми. Когда мусмал падал в яму, на него лили горячую воду и таким образом убивали.

У одной женщины муж ушел к соседям на шаманское камлание. У них был маленький ребенок, который еще не начал ходить, а только пол­зал. Еще в том же аале проживал младший брат мужа.

И вот женщина в юрте на каменной мельнице мелет зерно на талкан, ре­бенок ее рядом ползает по полу... Была зима. Вдруг видит, заходит младший брат мужа. Он говорит: «Твой муж просил принести ребенка, чтобы шаман проверил его здоровье». Женщина подхватила ползающего малыша и отдала ему. Младший брат мужа взял подмышку ребенка и вышел. Когда она отда­ла ребенка, у нее стало нехорошо на душе, внутри пробежал холодок.

В полночь вернулся ее муж без ребенка. Женщина стала спрашивать: «Где наш малыш?». Но муж ничего не знает. «Да, - говорит жена, - ты отправил сюда своего младшего брата, якобы попросил проверить его здоровье у шамана. Я отдала ему дитя». Муж рассердился: «Ты отдала ребенка нечистой силе!». Он начал ее бить.

Еще больше испугавшись, жена ночью побежала искать дитя. Она по следам стала

гнаться за мусмалом. Женщина зашла в глухую тайгу. Дол­го ли, коротко ли, она увидела в каком-то месте мерцающий огонь. По­дойдя ближе, обнаружила берестяную лачугу. Внутри ее сидели супруги мусмалы и грели спины у очага, кряхтя от удовольствия. Одного ребенка они жарили на вертеле. У малыша глаза лопнули и выскочили в огонь. Увидев это, мусмалы разразились проклятиями: «Пусть слезы твоих глаз достигнут твоих родителей, пусть твоим родителям будет плохо!».

А ребенок женщины сидит около огня и играет большим ножом, ко­торый ему дали в руки мусмалы. С тем ножом играя, ребенок ползает по полу. Женщина приоткрыла двери. Как позвать дитя? Если она закричит, то мусмалы услышат. Из-за двери она потихоньку показала свои обна­женные груди, которые сосал ребенок. Младенец, увидев грудь матери, приполз к дверям. Женщина схватила его и бросилась бежать. Мусмалы ее сразу не заметили. Только потом они спохватились, когда ребенка не стало. Они начали преследовать женщину с криками «Таку-таку!». «Горе твоим родителям, - кричат, - если догоним, то проглотим сырой!»

Женщина с ребенком добралась до большой реки, выбежала на глад­кий лед. Не сумев выйти на гладкий лед, мусмалы женщину с ребенком решили забросать камнями. Но камни надо принести. Кому это сделать? Ума у них не хватает. Думают: если один останется караулить, то съест добычу. Первый говорит: «Ты сходи». Другой отвечает: «Нет, ты сходи». Так и не договорившись, вместе отправились к каменным россыпям.

В тот момент женщина с ребенком от них убежала. Но вскоре оглянулась мусмалы опять ее догоняют. Тогда женщина взобралась на дерево и там 

спряталась. Мусмалы подбегают к дереву, но взобраться на него не могут из- за коровьих копыт. Им надо вернуться в берестяную лачугу за каменным топором, чтобы срубить дерево. Опять они не могут решить - кто останется сторожить. Если один останется, то съест добычу, если второй - тот может съесть. Поэтому они опять вдвоем отправились за каменным топором.

Женщина слезла с дерева и побежала домой. Стало светать. Когда со­всем рассвело, мусмалы вернулись в берестяную лачугу, а женщина доб­ралась до своего дома. Вернувшись в родной аал, она сообщила всему народу о мусмалах. Зайдя в юрту, она за дверью выкопала яму, пригото­вила медную булаву. Ночью, как только мусмалы зашли в юрту, они по­падали в яму. Женщина с мужем, ошпарив их горячей водой, побили их насмерть медной булавой.

Вторник, 01 октября 2013 00:00

МОХСАГАЛЫ - II

Автор

Когда-то жила одна сильная женщина, имевшая троих сыновей и тро­их невесток. Сыновья постоянно охотились в тайге. Подошло время, когда они должны были возвращаться домой. Женщины стали заквашивать из ячменя бузу к их возвращению. Чтобы заквасить хмельные напитки, надо было натаскать много воды. Поэтому старуха пошла с ведрами к реке. Когда она стала набирать воду, то увидела отражение теней людей, сидящих на деревьях. Она подняла голову вверх и увидела трех мохсагалов с песьими головами, сидящих на дереве. Старуха вернулась домой и предупредила не­весток, чтобы они все пришли к ней ночевать, ибо грядет беда, сюда придут мохсагалы. «Давайте вскипятим в казане воду, при входе, у дверей выкопаем глубокую яму», - распорядилась она. Сама же приготовила медную коло­тушку для расправы с мохсагалами.

Но младшая невестка идти к ней не захотела, решив, что ее обманы­вают. Она не поверила свекрови. Ночью пришли мохсагалы и ее съели.

Когда наступила полная темнота, у дома старухи залаяли собаки. Мохсагалы, сильно топая по земле, стали приближаться к ее жилищу. Старуха в большом казане приготовила кипяток. Она дала одной из не­весток ведро для воды, другой дала колотушку, чтобы бить непрошенных гостей. Сама она взяла секиру с большим лезвием.

Послышался шум в дверях и показались мохсагалы. Как только они вошли в юрту, то провалились в глубокую яму у порога. Женщины об­рушили на них удары колотушки, стали поливать их кипятком. Так втро­ем они покончили с тремя мохсагалами.

Вдруг открылась дверь и с песней: «Моя мягкая кровь, мое мягкое те­ло», - зашла красивая девушка из мохсагалов. Старуха пожалела ее, го­воря: «Надо ее оставить, будет у моего сына женой вместо младшей не­вестки». Девушку не убили.

Наутро из тайги вернулись сыновья старухи. Мать им все рассказала. Младшему сыну отдали девушку из мохсагалов.

Через некоторое время братья опять собираются в тайгу. Они зашли в юрту младшего брата, но его не нашли. Новая невестка объяснила, что он уже отправился в тайгу. «Но если он сам пошел, то мы его догоним», - сказали братья и вышли на охоту.

Когда сыновья ушли, то мать почувствовала неладное. Она подошла к юрте младшего сына и стала прислушиваться. Невестка из мохсагалов говорит: «Очень сладкое сало печени, как съем, так до моей печени дос­тает. Как только съем сало сердца, то до моего сердца достает». Старуха догадалась в чем дело. Через отверстие юрты она увидела, как девушка- мохсагал из груди убитого младшего сына вырывает сердце и легкие. Она достала медную булаву и прикончила девушку из мохсагалов.