Воскресенье, 21 ноября 2021 00:00

Многострадальный белый конь - перевод П.А.Трояков., записано от Г.Я. Тачеева, записала Т.Г. Тачеева.

Автор 
Оцените материал
(0 голосов)
|||| |||| ||||

Многострадальный белый конь

Сказания хакасов. / Составитель, переводчик П.А.Трояков. - Абакан : Дом литераторов Хакасии, 2013. - 164 с.
Записано от Г.Я. Тачеева Записала Т.Г. Тачеева.

Это было, когда земля ещё начала зарождаться, когда чёрные хребты ещё только что вздымали свои вершины кверху и малые ручьи, сливаясь в русло, рекою могучею потекли. Посреди большого аала, сверкая на солнце и при свете луны, стояла ханская юрта- дворец, а на привязи у золотого столба красовался могучий конь бело-буланый. В юрте жил великомудрый Ах Хан-богатырь со своею супругой Ах Чибек Арыг. Всего было вдоволь у них: и скота, и полные юрты богатства. Но не было ребёнка, чтоб наследником и главою народа оставить. Об этом тревожился, об этом думал великомудрый Ах Хан. Тревожные думы терзали его, когда объезжал свои владения или когда выезжал на охоту. Вернувшись, ругался безбранно на супругу свою, что нет у них дитя, из плоти рождённого сына, чтоб достойно мог править народом. Ах Чибек Арыг безропотно выслушивала ворчанье хана-супруга, ничего не говорила в ответ.
Однажды утром сытно поел Ах Хан и отправился повеление-наказ давать своему народу. Поднялся на вершину Ах Сын-хребта, что считался священным. Натянул поводья коня, приподнялся на стремени и озабоченным взором стал осматривать кругом ближние и дальние места. Увидел, как обычно, пасущийся скот, резвящихся коней и жеребят в табуне. И вдруг дальше, поодаль от коней увидел: что-то ярко сверкало на солнце. Как ни старался напрячь свои очи, так и не мог разобрать, что это такое. До этого ничего такого не было. Поразился Ах Хан и. желая узнать в чём дело, стал спускаться с вершины Ах Сын-хребта.
Подъехав несколько ближе, он разглядел, что это жеребилась и не могла ожеребиться бело-буланая кобыла, что была из рода богатырских коней. Но что за чудо, жеребёнок из чрева матери высовывал голову, щипал траву и вырывал зубами целые клочья чёрной земли. Сколько прожил на свете Ах Хан, не видел такого. Даже дрожь пробежала по богатырской спине. Какой-то неясный страх обуял мудрого и славного Ах Хана. Грудью борется и мыслями раскидывает он: «К добру иль не к добру такое чудо, не знаю, но чую, что это необычный жеребёнок».
Подумал так и быстро соскочил с коня, вытащил из тороков девятисаженный шёлковый аркан, подошёл к бело-буланой кобылице и быстро накинул его на шею жеребёнка. Тут же сел на своего коня и, привязав один конец аркана к седлу, понужнул коня и с трудом выдернул жеребёнка из чрева матери вместе с кровавым последом. Затем, не оглядываясь назад, поволок жеребёнка на вершину Ах Сын-хребта. За Ах Сыном, на вершине Кирим Сын-хребта стояла шестипоясная белая скала. Поволок он туда жеребёнка. Подъехав к скале, быстро соскочил с коня и только тут увидел какой ослепительной белизны жеребёнок. Колыхнулась грудь богатыря, жале- ючи жеребёнка такой чистой масти. Но тут же засучил рукава, заткнул подол за пояс и шире расправил плечи. Подсунул руку под шестипоясную скалу и, напрягши богатырскую силу свою, поднял громадину до пояса. Покрепче упёрся спиной, рукой подтянул к себе жеребёнка, снял с его шеи аркан, толкнул жеребёнка под эту шестипояскую скалу. Затем тихо опустил её, утирая пот с лица, проговорил:
- Если живым останешься, белый жеребёнок, ровно через двенадцать лет выйдешь отсюда и будешь богатырским конём.
Сказав так, он сел на бело-буланого коня и стал спускаться с вершины Ах Сына. О многом думал, о многом размышлял Ах Хан: «Ладное ли дело я сделал или неладное дело свершил?» Неспокойно на душе было.
Приехав домой, он снял с себя серебристо-белую кольчугу, накинул её на спицу около двери и прошёл к задней стороне юрты. Ах Чибек Арыг, его жена, на золотой стол питьё-пищу поставила уже и поджидала его.
Тяжело вздыхая и чуть бледный, он сел за стол и стал есть, ничего не спрашивая, ни о чём не говоря. Когда насытился, молча поднялся из-за стола, усталый лёг в постель. Но ни усталость, ни ночная пора не смежили очи хана и он не сомкнул глаз в эту ночь, тяжкие думы одолевали его.
Утром поднялся с постели, поел. Затем накинул свои доспехи, вышел на улицу и так молча сел на коня, отправился снова в путь-дорогу. И даже по обычаю своему не отдал своему народу никакого повеления.
Поднялся богатырь на вершину Ах Сына и снова обозревает кругом. Куда взор не кинет, ничего такого не мог разглядеть. Не увидев ничего, поехал куда глаза глядят. Много гор переехал, много рек пересёк Ах Хан. Вдруг он увидел на берегу белого моря-реки живущих людей. Посреди аала, перед белой юртой-дворцом к золотой коновязи привязанный стоял бело-игреневый богатырский конь с шелковистой гривой. Поехал туда наш славный Ах Хан, сошёл с коня, привязал своего бело-буланого к столбу и, отряхнувшись от пыли, вошёл в юрту. Осмотрелся Ах Хан: на самом почётном месте лучшая из девушек сидела, шестьдесят кос по спине рассыпались у неё, пятьдесят кос на плечах разлетелись. Повелев своим прислужницам поставить на стол еды и питья, дева-хозяйка за стол гостя усаживает и питьём- пищей угощает. Затем, когда гость насытился-наелся, она, как положено в этих случаях, стала спрашивать приезжего:
- В каких краях земля твоя, дорогой богатырь, в какой земле река твоя протекает?
Оробел наш Ах Хан после такого прямого вопроса и, задумав скрыть своё настоящее имя, чтобы жениться и потомка оставить, он проговорил:
- Земля, где вырос, не знаю, реки откуда пил воду, не ведаю, вскормившую мать и отца я не помню. Со скалы ли я поскользнулся или с вершины дерева свалился, очнулся я на шестисаженном буланом коне. На луке седла написано было имя моё — Ах Тас. Затем отправился куда глаза глядят и оказался на землях Ах Хана. И вот, охраняя владения его, я прослужил ему двадцать лет и, не дождавшись от него добра, отправился сюда. К воротнику пуговицу решил пришить, а себе невесту славную обрести. И вот я оказался у вас. Теперь скажи, дорогая хозяйка, где я нахожусь, чьей милостью пользуюсь.
Девушка отвечала:
- Сама по себе я тоже пиг, сама по себе я тоже хан. У подножья Ах Сына я живу и тоже не знаю я родителей своих. А имя моё Алтын Арыг.
Услышав это, хан вскочил на ноги, шестьдесят слов он бегло говорит, нигде не задерживаясь, пятьдесят слов не запинаясь произносит:
-Милая Алтын Арыг, не зря, наверно, нас судьба свела, ты одинокая и я одинокий, давай жить вместе, две головы соединим в одну, одной заботой будем жить. Я твои земли буду оберегать.
Алтын Арыг не возражала, сказала затем: 

- Отцовский сын, Ах Тас-богатарь, коль серьёзно говоришь, почему бы нам не сойтись, почему бы нам не соединиться. Большую свадьбу-той сыграем, а затем ты станешь хозяином пасущемуся скоту и ханом-пигом подданного мне народа.
- Хорошо, хорошо, дорогая,- сказал Ах Хан, назвавший себя богатырём Ах Тас, по имени хозяина белой скалы.
Затем Алтын Арыг выходит из белой юрты-дворца, объявляет во всеуслышание громовым голосом:
- Народ мой подвластный, собирайте скот, свадьбу надо устроить, я выхожу замуж за Ах Тас-богатыря!
Как услышали эти слова, весь народ тут же собрался на пир-свадьбу. Табун гнедого жеребца в загон пригнали, на выбор зарезали самых жирных кобылиц. Оставив немного в табуне лошадей снова выгоняли, говоря, что пусть вырастет ещё большой табун. А в юрту собрались старые и молодые женщины, расплетали шестьдесят кос молодой хозяйки, ветвистую косу заплетали, говоря, что теперь пусть хозяйкой над утварью будет. Через шесть- семь дней закончилось пиршество и весь народ стал расходиться в разные концы. Алтын Арыг же хозяйка вышла из юрты и громким голосом прокричала:
- Мой народ подвластный, с этого дня и дальше над вами хозяин, над вами пигом будет Ах Тас-богатырь на шестисаженном бело-буланом коне! Услышав эти слова, народ, как тальник изгибается, как камыш склоняется, отдавая честь новому хозяину.
Так зажили они. Ах Тас богатырь народу приказ- наказ отдавал, пасущему скоту счёт он повёл. Так проходят дни за днями, луна сменяется луной, старый год уступает новому.
Однажды утром Ах Тас проднялся на вершину горы, в родную сторону взор устремил. О многом думает богатырь, многое тревожит его душу. И вот рванул он коня и направился в родные места.

А жена его Алтын Арыг вечером дожидает, не дождётся своего мужа Ах Таса. «С утра он уехал, уж вечер настал, а его всё нет и нет», - думает.
Ещё два-три дня прождала Алтын Арыг своего мужа- богатыря, так и не вернулся он. Гневом и обидой наполнилось сердце Алтын Арыг и подумала про себя: «Как я дура поверила этому бродяге Ах Тасу? И ведь замуж вышла, мужем сделала, неладное же дело свершила».
И живёт дальше. Шесть месяцев прошло, как тяжела она стала на ноги. Совсем не выходит из белой юрты.
Но чему быть, того не миновать. Когда роды настали, она услала всех своих прислужниц, оставив только одну пожилую женщину. Когда родился ребёнок, она обмыла и запеленала его. Была девочка. Алтын Арыг своей прислужнице повелительно сказала:
- Служанка моя, потомок беглеца беглецом же будет, и я не хочу его. Отнеси ребёнка на вершину Ах Сына. И вон тем мечом голову ему отруби, но чтоб никто не узнал, никто не выведал об этом.
Седая служанка обхватила ребёнка и с мечом в руках ушла в тёмную ночь. Поднялась на вершину Ах Сына и, рыдая, сказала:
- Ни за что не убью новорождённого младенца.
И, положив ребёнка в густую траву, снова спустилась к подножью горы и вернулась в юрту.
Новорождённая же девочка, пролежав два-три дня, пришла в сознание. Как богатырское дитя, она день за днём росла и созревала быстро. Вскоре разорвала свои пелёнки, встала и, как взрослая, огляделась кругом. Всё лежало в тишине.
В это время над вершиной Ах Сына она увидела пёстрого гуся. Спустилась птица и человечьим голосом заговорила:
- Милая девочка, земля твоего отца Ах Хана разорена враждебным Хум Хара Ханом, что живёт на берегу чёрно-песчаного Чёрного моря. И весь народ, и скот твоего отца угнали туда. Сколько бы ты здесь не сидела, ничего не высидишь. Есть у тебя братец, рождённый от одного отца. Он родился, когда отец покинул стойбище, не надеясь на рождение сына. А он вскоре родился. Но его выкрали тёмные силы. Он находится в руках Чил Хара Таса, что охраняет владения семи Ирликов. Тебе нужно отправиться туда и освободить мальчика. А я тебе силы прибавлю. И пусть имя твоё будет напоминать быстрокрылую ласточку, Алтын Харачхай будет имя твоё.
Сказал пёстрый гусь эти последние слова и, взмахнув крыльями, поднялся в поднебесье и улетел.
Тут же девочка превратилась в птичку-ласточку, взмыла к небу и полетела в сторону, куда указал пёстрый гусь. Над многими землями пролетела она и долетела до чёрно-песчаного берега реки-моря.
«О, это и есть самое владение Хум Хара Хана»,- подумала девочка.- Вот с кем придётся бороться нам с братом, чтобы народ вернуть с угона».
Взлетела на вершину Хара Сына, увидела на берегу чёрного моря-реки каменную юрту. Больше ничего не было. Ласточка опустилась к дымоходу и стала разглядывать, что в ней творится. В переднем углу лежал богатырь-чудовище, такой громадный, что страшно на него взглянуть. Вскоре этот богатырь шевельнулся, осмотрелся кругом, вышел во двор и закричал-зарычал во всё горло:
- Эй, семь волков моих, куда вы подевались?! Бегите же быстрее!
Через некоторое время все семь волков были тут как тут. Рычат:
- О, наш пиг Хара Тас. к чему нас потревожил, зачем нас вызывал?
- Для чего бы я стал вас тревожить, звать, если б не спешка была. Так вот что, мои стражи верные, здесь чужим духом запахло. Неужто не чуете и не видите? Бегите к подземному отверстию, посмотрите и узнайте обо всём.
Выслушав наказ своего хозяина, семь волков ринулись и помчались туда. Сам же Хара Тас ушёл обратно в юрту.
А птица-ласточка в бело-синий туман обернулась, тёмной ночью вверх по течению чёрного моря- реки расстилается. Увидела она там чёрную скалу, под той чёрной скалой две девицы сидели, разговаривали меж собой о том, что сына Ах Хана, что находится у матери Хуу Иней, надо хорошенько охранять, никого не впускать.
Услышав это. Алтын Харачхай обернулась богатыркой, мечом разрубила девиц. Затем поволокла их к Чёрному морю и утопила. Вернулась к чёрной скале и увидела: там, где не было двери, дверь появилась. Тут же, немедля, встряхнулась она и обернулась тонкостанной девушкой, точно сходной с одной из тех, что бросила в море.
Подходя к двери, тихо промолвила:
- Мать моя, Хуу Иней, открой дверь, я войду.
Дверь отворилась. Держа в руках меч, Алтын Харачхай вошла внутрь чёрной скалы. А там старушка с носом, что походил на клюв хищной птицы, грела свою спину на огне.
- Что понадобилось тебе, моя дочь, что тебе надобно? - спросила Хуу Иней.
- Да вот наш хан, наш пиг Чил Хара Тас сына Ах Хана просил принести.
Услышав это, Хуу Иней подняла голову и указала:
- Вон там, милая, в изголовье под подушкой, в ящике из кожи жабы лежит сын Ах Хана, превращённый в золотой меч, возьми сама.
Не долго думая, девушка взмахнула мечом и старуху разрубила напополам. Затем из-под изголовья достала золотой меч и быстро вышла из чёрной скалы. Снова встряхнулась и, превратившись в ласточку, поднялась кверху и быстро полетела.
Семь волков учуяли ласточку и с остервенением погнались за нею, чтобы схватить её.
«Вот,- думает Алтын Харачхай,- если догонят, съедят разом и тогда всё пропадает и братец останется навсегда у врагов».
Напрягла все свои силы и стрелой помчалась сквозь подземное отверстие. Звери только зубами защёлкали, не успев схватить быстрокрылую птицу.
Пролетев много земель, она увидела вершину хребта Ах Сына, тут же обернулась собой. Вынула золотой меч из-за пазухи, бросила его на землю. И вдруг перед нею предстал прекрасный мальчик, её братец.
Оглянулась Алтын Харачхай и увидела белую юрту хан-пига. Ведя за собой маленького братца, девочка направилась в ту сторону. Не знала она, что здесь жила её родная мать Алтын Арыг, враждебная жена Ах Хана, что с рождения хотела погубить её.
Алтын Арыг встретила их притворно ласково, накор- мила-напоила детей и на ночь спать уложила.
Враждебная Алтын Арыг, когда уснули мальчик и девочка, учуяла, что это дети Ах Таса. Девочка от неё, а мальчик от той первой, настоящей богатырской жены. Допросила женщину-прислугу, узнала, что прислуга тогда обманула, не убила новорождённую девочку. Девочка выжила и братца вернула. Теперь не миновать беды. Надо что-то делать. И Алтын Арыг, когда дети проснулись, быстро напоила их мертвецким зельем и велела выбросить детей на гору и прикрыть травой, чтоб никто не знал и никто не ведал.
А в это время под шестипоясной скалой белому жеребёнку исполнилось двенадцать лет. Двенадцать лет он пролежал под этой скалой, дожидаясь своего второго рождения. Как подошло время, разверглась белая скала и оттуда поднялся истощённый буланый жеребёнок. Когда шестипоясная скала снова опустилась, оттуда забил золотопесчаный родник с зеркально-чистой водой. Томимый жаждой жеребёнок припал к роднику и начал пить живительную влагу. Напился белый жеребёнок чистой воды и вдруг предстал могучим белым конём со всем богатырским нарядом. Богатырское одеяние было приторочено к задней стороне седла, доспехи богатырские к передней тороке.
Богатырский конь от резвости и силы вихрем завертелся, как мельница закрутился. И тут же помчался на вершину Ах Сына. Вдруг перед ним вспорхнула белая птичка и тут же предстала перед ним красавицей девушкой. И рассказала, что враждебная жена Алтын Арыг погубила детей, когда те возвращались с низинной земли.
Белый Конь превратился в Кеен Хана, нашёл детей, отнёс их в овражек, завалил камнями. Сорвал с корнем две маленькие берёзки, одну из них посадил у изголовья мальчика, другую у изголовья девочки и сказал:
- Пусть до моего прихода растут эти берёзки. Какая из них будет повыше, по той узнаю, кто старше, а кто младше.
Хотел только удалиться конь-богатырь, как услышал, словно эхо, человеческий голос: «Богатырский белый конь, не спеши, выслушай мои слова».
Тут Белый Конь увидел около белой скалы плешивого старика.
-Я хозяин белой скалы,- продолжал говорить старик.- Под скалой ты двенадцать лет пролежал. Когда подошёл срок, я помог тебе выйти оттуда, чтобы ты вершил дела человеческие и совершал подвиги для спасения народа, подвластного Ах Хану. Пусть твоё имя будет Многострадальный Белый Конь. Снаряжение и седло, что на твоей спине, это Ах Хана вещи. И хозяином твоим будет Алтын Чюс, сын Ах Хана. Пока же нет хозяина, с седлом тебе ходить нельзя. 

Как произнёс старик эти слова, со спины коня всё снаряжение богатырское вмиг исчезло.
Затем ещё раз послышался голос:
- Когда-нибудь Алтын Чюс снаряжение своё найдёт у белой скалы. Теперь же отправляйся в поиски целебных лекарств, чтобы оживить твоего маленького хозяина, которого ты сейчас только перетащил в овражек с его сестрой. Больше тебе ничего не скажу и не ожидай больше помощи от меня.
Услышав эти слова, оторопел было Многострадальный Белый Конь, но тут же помчался по белой степи добывать целебные средства. По чёрной земле без топота, по поднебесью без звука поскакал Белый Конь, только где-то тетива лука прозвенела и стрелы пролетели мимо него, а конь мчался вперёд и вперёд. Двухдневный путь одним махом перескакивал, где месяц надо ехать, за день преодолевал.
Реки, шире обычных, он без счёту переехал, хребты, что выше других, много перевалил, никого не встречая на своём пути. И вот, перевалив высокий хребет, он наткнулся на непроглядный туман, что обволок всё кругом. Подумал Белый Конь, рвануться вперёд и быстро преодолеть туман, но вдруг на пути глыбой чёрной предстала скала. Отпрыгнул в сторону и только хотел с маху перепрыгнуть скалу, как мощная петля аркана легла ему на шею. Оглянувшись назад, он увидел двух богатырей. Один из них говорил другому такие слова:
- Под солнечным светом должен был родиться могучий конь из рода Ах Хана Многострадальный Белый Конь. Верно, он и есть. Пяти лучшим коням не бегать вместе и его надо уничтожить. Я соорудил, мой дорогой Хыян Тот, чёрную скалу с сорока острыми зубьями, чтоб убивать богатырей. Давай-ка эту скалу взвалим на Многострадального Белого Коня.
Богатыри обвязали конец аркана за чёрную скалу, подтянули Белого Коня к чёрной скале. С усилием приподняли её, по колено провалившись в землю, и взвалили её на Многострадального Белого Коня. Прогнулась спина коня, не выдержал он великую тяжесть, взваленную врагами.
Хыян Тот говорит отцу своему:
- Давай испытаем ещё. Если это и есть Многострадальный Белый Конь, то перетащит эту скалу до нашего хребта Хызыл Сын о сорока вершинах. Там-то он нужнее всего. Там врагов будем пригвождать к скале.
Сказано - сделано. И, полосуя коня плёткой, погнали туда. Утопая в землю от тяжёлой ноши на спине, конь шёл и шёл. Вдруг в его правое ухо влетела маленькая птичка и девичьим голосом заговорила: «Богатырский Белый Конь, достанет ли у тебя сил побежать быстрее этих богатырей. Если сможешь, то чёрная скала сама свалится, и ты окажешься свободным».
Он так и сделал. Рванулся с места, и чёрная скала свалилась с его спины.
Белый Конь помчался на поиски живительной травы. В пути встретил аал, где оплакивали убитого врагами богатыря. Забежал туда. В юрте лежал богатырь мёртвый, а вокруг люди толклись, у изголовья жена богатыря оплакивала мужа, говорила и умоляла:
- Кто найдёт целебную траву и оживит мужа, будет ханом вместо хана, вместо пига питом станет.
Все понимали её горе, но никто не мог ей помочь. Но вот вошёл один среднего роста богатырь и говорит:
-Я знаю такую траву. Отсюда далеко. Там, как небо широкое, океан-море разлился, за ним растянулась раскалённая докрасна краснопесчаная степь. Никто её не проходил, никто её не пролетал до сих пор. Все погибают в дороге. За этой степью на вершине горы есть золотое озеро, на дне озера и находится трава. Никто туда ни за что не дойдёт. Слышал я, будто должен родиться или уже родился Многострадальный Белый Конь, защитник стойбища Ах Хана, что помогает всем, кто страдает. Разве только он может достичь той земли.
А когда люди вышли во двор, увидели могучего Белого Коня.
- Неужели это тот самый конь, что может спасти нашего богатыря! - обрадовались люди. А тот богатырь что рассказал о белом коне, гордо говорил:
- Вот видите, я же говорил вам. что родился такой конь. Это он и пришёл сюда по повелению творцов-чаянов. Давайте, садитесь на коней своих, не упустим такого случая, загоним его во двор и заарканим быстрее.
И вот алыпы повскакивали на коней и с гиком, шумом стали загонять коня во двор. А Многострадальный Белый Конь для вида даже заартачился и устремился в сторону от неистовых всадников. Затем, когда подогнали к изгороди, он сам вбежал в ворота. Люди с удивлением и страхом озирали коня и толпились вокруг него. Он выглядел выше и стройнее всех коней. Затем богатыри, немного успокоившись, снова зашли в юрту услышать повеление ханши-хозяйки, обращённое к Иргенек Миргену:
- Не лишён ты, оказывается, ума и поворотливости. Ты один говорил, что есть Белый Конь, что может достичь этого золотого озера. Так вот великое задание и надлежит выполнить тебе. Коль привезёшь эту траву, вместо хана ханом будешь, вместо лига пигом будешь.
А тщеславный Иргенек Мирген всё похвалялся:
- Кто же осмелится, коль не я! Бега Многострадального Белого Коня только я один могу выдержать, больше никто.
Хозяйка на радостях велит обнести всех богатырей арахой, воздавая особую почесть Иргенек Миргену.
Иргенек Мирген и сам начинает повелевать:
- Давайте, богатыри, расседлайте моего бурого, снаряжайте Белого Коня в дорогу! 

Богатыри выбежали исполнять повеление счастливчика. Когда всё было готово, богатырь сел на Многострадального Коня и направился в путь, вызывая зависть у одних, восхищение у других. Когда выехал из аала, только успел шевельнуть поводья, как Белый Конь вихрем помчался так, что через миг уже скакал по другим землям.
Но бежал он вполсилы, чтобы испытать своего седока. Пробежав немножко, конь почуял, что Ирге- нек Мирген сидит в седле чуть живой, не выдерживал даже такого бега. Тогда Белый Конь остановился, и тщеславный богатырь, как пустая шуба, свалился наземь. Лежит, раскинув руки, а около рта белая пена комками свисает.
Очнулся седок и умоляюще проговорил:
- О, Могучий Белый Конь, прошу тебя, вези меня осторожней, не доводи меня до последнего дыхания.
Конь посадил седока на спину, подтянул ноги его к своим бокам, крепко верёвкой привязал, чтобы всадник не свалился, и снова рванулся во все силы. Вскоре к морю-океану добежал, прыгнул в воду и поплыл, аж волны с двух сторон холмами громоздились. Выплыл на берег, затем по суше пустился и вскоре до красной степи доскакал. Вдали разглядел горную вершину. Вот, думает, там и есть, верно, золотое озеро, и пустился со всех сил.
Добежав до подножья горы, вонзая копыта в снег и лёд, славный Белый конь-богатырь взбежал на вершину Ах Сын-хребта. Силы уже в конец иссякли. Тут увидел он и понял: травы здесь не желтеют, с деревьев листья не спадают.
Вдали золотое озеро сверкало. Пошатываясь от истощения, конь подошёл к озеру, тут же нырнул в него, опустился на дно. Увидел, как трёхколенчатая трава свечкой белой светилась. Схватил конь траву передними зубами, перекусил её у самого корня. Всплыл на другой стороне золотого озера. Как будто снова сотворился. снова переродился Белый Конь, и сил прибавилось заметно. Немедля рванулся с вершины горы и полетел быстрее двукрылой птицы.
Вскоре Белый Конь уже возвратился обратно к белой юрте. Когда подбежал к коновязи, его седок Ирге- нек Мирген по-медвежьи заревел:
- Расседлайте эту дохлую клячу, если бы на своей бурке поехал, давно бы вернулся. Привяжите его к верхушке золотого столба, да так вздёрните его, чтобы передние ноги земли не касались!
Выслушав наказ, богатыри привязали шёлковый повод к верхушке столба и вздёрнули коня. Передние ноги его заболтались, не касаясь земли. Из глаз Белого Коня закапали слёзы, превращаясь тут же в белые и синие камешки.
«Вот многострадальная судьба, им делаешь добро, а они худом отплачивают», - думает конь.
А Иргенек Мирген тем временем в юрте с гордостью вынул из-за пазухи полколена травы целебной, разжевал и плюнул в рану погибшему богатырю Хатан Сулаазы- ну. И тут же у мёртвого лицо зарумянилось, приподнялась грудь его и задышал он, как живой. Очнувшись, Хатан Сулаазын с радостью заговорил:
- Кто же это добрый молодец, что из мёртвых меня оживил, потухший огонь и тепло во мне разжёг?
А жена его, исполненная радости, промолвила быс-тро мужу:
-Это добрый Иргенек Мирген сотворил чудо и привёз живительной травы. Я ему слово дала: если оживит он, то сделаю ханом вместо хана.
Оживший хан-богатырь спокойно отвечал жене:
- Ну что же, данному слову будем верны мы оба. Если даже захочет сделать нас слугами, то прислуживать будем. 

И тут же Иргенек Миргена за золотой стол посадили и стали угощать как самого добро гостя.
Иргенек Мирген хотел, чтобы никто не мог воспользоваться Белым Конём и задумал погубить его. И вот он даёт повеление богатырям:
- Многострадального Коня отвяжите от столба и пригвоздите к скале. Если не сделаем этого, радости и покоя не будет.
Богатыри так и сделали, повели Белого Коня к чёрной скале. Подведя туда по отвесной скале, арканом приподняли и сорока гвоздями приковали его к утёсу.
А Иргенек Мирген довольный этим, повелел, чтобы два богатыря его охраняли и стрелами терзали коня. И вот Многострадальный Конь, пригвождённый к отвесной скале, под стрелами богатырей тяжко страдает и мучается.
«Зачем и для чего родился я, неужто чаяны-твор- цы на вечное страдание меня сотворили?» - думал конь и проклинал свою судьбу.
Так в муках и страданиях проходят дни и месяцы. Совсем истощился Многострадальный Белый Конь, и последние силы как будто покинули его. А охранникам уже надоело сторожить вздёрнутого коня, по ночам и вовсе перестали приходить.
Но вот ночью услышал Белый конь: кто-то тихой поступью подходит к Чёрному утёсу. Увидел - богатырь сошёл с коня, засучил рукава и стал освобождать пригвождённого. Наконец, когда освободил, Белый Конь не может даже ноги передвигать, не то что бегать. Не было места, где бы стрела не пронзила его. И тут он подал человеческий голос:
- В правом моем ухе должна быть трёхколенчатая трава, посмотри, если там, то достань её.
Богатырь достал траву, перекусил полколена, разжевал и плюнул прямо в рот Белому Коню. Многострадальный Конь снова сотворился, вновь переродился.

Тогда спросил конь богатыря:
- Кто ты такой? Назови себя.
- Я тот, что ожил благодаря траве, доставленной тобой,- ответил Хатан Сулаазын.
Тогда конь рассказал ему, как всё было на самом деле. Про то, как Иргенек Матыр обманул всех, заставил пригвоздить Белого Коня к скале, опасаясь его мощи. Хатан Сулаазын выслушал коня, пожелал ему доброго пути.
Тут Многострадальный Белый Конь поспешил на свои родные земли, чтобы оживить потомка Ах Хана и своего хозяина. Проскакав и пролетев много земель, конь увидел вдали Белую гору родную и опустошённое стойбище. Река-море текла в безлюдных берегах. Белый Конь направился к той горе, где зарыл двух детей. Увидел две берёзки: у изголовья девочки выросла выше. Значит, она старшая. Конь встряхнулся и обернулся человеком, поднял детей, вынул белую траву, разжевал её, брызнул сначала на тело девочки и она стала оживать, а вскоре перед ним сидела взрослая девица. Затем он побрызгал разжёванной травой на тело мальчика, тот тоже ожил и предстал как зрелый богатырь.
Девушка удивлённо спросила:
- О, кто ты, ожививший нас, разжёгший в нас угасший огонь, из чьего ты хорошего рода?
Белый конь снова обернулся собою. Алтын Харачхай сразу догадалась и с радостью воскликнула:
- О, так это тот конь, что предназначен моему братцу!
Конь же человечьим языком заговорил:
- Да, что правда, то - правда. И нам надобно теперь пройти к шестипоясной скале, нашей родовой горе, там мы найдём всё, что нужно.
И конь повёл юношу к белой скале и, подведя его, велел разобрать камни. Когда разобрал юноша камни, то нашёл седло со всем снаряжением и доспехами. Он вытащил уздечку, украшенную серебром и надел на голову коня, потом седло золотое положил на спину коня, одежду и кольчугу на себя надел и предстал богатырь во всём одеянии. Взглянул на луку седла и там было написано: «Имевший владения у подножья Ах Сын-хребта, отца мудрого Ах Хана, матери Ах Чибек Арыг, Алтын Чюс да будет имя твоё. И конём тебе будет Многострадальный Белый Конь».
Прочитав это, Алтын Чюс сел на своего богатырского коня и спустился к сохранившейся от врагов отцовской юрте-дворцу. Алтын Харачхай была уже тут и, вытащив сундук, одевалась в материнскую одежду.
Алтын Харачхай поведала братцу всё, что знала:
- Наше стойбище разрушено врагами. Весь наш народ в земной низине, у подножья чернопесчаного хребта, в земле Хум Хара Хана страдает. Мой дорогой брат, за всё надо расплатиться с врагами и народ свой вернуть из неволи. Это долг богатырский твой, наследник владений Ах Хана.
И в ответ Алтын Чюс говорит сестре:
-Да, сущую правду ты сказала. Зачем я должен опустевшее владение охранять, надо биться с врагами, мудростью и силой одолеть Хум Хара Хана, и вернуть свой народ на родные места.
Сказав так, он вышел из юрты, сел на своего Белого Коня и выехал на вершину Ах Сына и всю землю окинул взглядом. Края, куда взор его проникал, чёрной линией казались, а куда глаз не доставал - синим туманом окутывались. Затем он увидел след угнанного давным давно пасущегося скота и всего народа, что в неволю ушёл. Яростью и гневом наполнилось сердце богатыря. Он сел на своего коня и помчался по этому следу. Чувствуя яростный гнев хозяина, с неистовой силой рванулся Белый Конь и понёсся словно ветер, а следом за ним вся земля содрогалась, а в поднебесье стоял мощный гул. Горы низкие одним махом перескакивал конь, через высокие горы лишь задними ногами касался. Много земель проехал, много рек пересёк, и вот, наконец, Алтын Чюс вдали заметил возвышающуюся вершину тёмно-песчаного Чёрного хребта. Белый Конь через некоторое время доскакал до его подножья, затем выскочил немедля на его вершину, откуда взором окинул Алтын Чюс ту сторону земли и увидел на берегу чёрной реки-моря раскинулось большое стойбище, а посредине его две юрты-дворца. На коновязи стояли два богатырских коня: девятисаженный песчано-вороной и тёмно-саврасый. Алтын Чюс сразу же понял, что здесь и жили их злейшие враги Хум Хара Хан с сыном своим. И вот с вершины горы, сойдя с коня, он издал громоподобный клич, вызывающий врагов на битву:
-Да будет тебе известно, Хум Хара Хан, что тот жеребёнок вырос в большого Белого Коня! Ребёнком оставшийся от вашего опустошения потомок Ах Хана, богатырём стал сильнее тебя! Младенцем оставшийся Алтын Чюс широкоплечим алыпом стал! Теперь я за всё отомстить явился, чтоб освободить народ свой и восстановить разрушенное стойбище, а тебя, Хум Хара Хан, убить как врага своего! Скажи же свои последние слова, выходи биться-сражаться.
Посмотрел Алтын Чюс, что будет после его клича и увидел. Из ханской юрты-дворца вышел Хара Молат - сын Хум Хара Хана, подошёл к чёрному каменному дому и открыл его, оттуда вышли девять богатырей в кольчугах и со всеми боевыми доспехами. И тут же они выбежали на хребет Хара сын и набросились на Алтын Чюса, великая битва насмерть началась. От этой битвы поднимался густой и непроглядный бело-синий туман, всё небо покрылось багровой пылью. Так день за днём проходит, луна сменяется новой луной. Всемогущий Алтын Чюс никак не может сокрушить врагов, все они были богатыри, смерти не знавшие и крови не проливавшие. Богатырский Белый Конь никак не может понять, как же не может одолеть врагов его великий хозяин-богатырь, на подвиги рождённый, ведь он в поднебесье поднимает их силой оттуда сбрасывает на землю, а они всё также целыми и невредимыми остаются, вновь схватываются с Алын Чюсом могучим. Осмотрел хорошенько Многострадальный Белый Конь всё вокруг и тут вдалеке увидел чёрную скалу с нависавшей вершиной. Из-под неё выползали девять змей, затем, как верёвки скрутившись, на солнце легли у основания этой скалы. Белый Конь тут же смекнул в чём дело. И пока эти змеи не успели раскрутиться, Белый Конь передними зубами с остервенением схватил их и побросал на землю, разрубил их копытами в девяти местах каждую. Не прошло и девяти дней, как всесильный Алтын Чюс поочерёдно всех девятерых богатырей уничтожил.
Затем торжествующе вышел богатырь на вершину Ах Сына и снова издал громоподобный клич. В это время отворилась дверь второй юрты. Оттуда вышел могучий на вид богатырь Хара Молат и, сев на своего тёмно-саврасого коня, направился к подножью песчаного хребта. И, вихрем выскочив на вершину Хара сына, столкнулся с Алтын Чюсом. Мечами своими поздоровались, копьями поприветствовали. Сошлись, но до полудня не могут ухватиться для борьбы. Разошлись, бросились снова друг на друга, будто свинцом слились в борьбе. Хара сын-хребет взад-вперёд покачнулся, а вода в чёрной реке-море по степям разлилась. Вершину Хара сына чёрной пылью заволокло, песчаные степи потонули во мгле. Долго ли. коротко ли бились, только богатырь Хара Молат стал больше припадать ногами, больше руками опираться об землю, тяжким горем заливаться.
Алтын Чюс меж тем справа размахнулся - сильнее зажал богатыря, изловчился и вверх ногами перевернул врага. За чёрную землю не дал зацепиться, за жёлтую траву не дал удержаться, присел и поднял его в поднебесье, под ясным небом взмахнул им, над облаками закрутил и с размаху бросил его на землю, переломав ему поясницу и хребет. Хара Молат, исторгнув тяжёлый стон, бездыханно лежал на земле.
В это время подскочил на место битвы сам Хум Хара Хан-богатырь. И Алтын Чюс решил ещё раз положиться на силу свою богатырскую. Ногой левой ударив, на правый бок навалился удобнее, присел и, всю силу приложив, приподнял врага. До колена Алтын Чюс в землю жёсткую провалился. Но поднял богатыря под небеса и, раскрутив во все стороны, бросил его на землю, стремясь разом покончить и с этим врагом. Но не погиб Хум Хара Хан, а в сорок искринок как будто рассыпался и исчез, как сквозь землю провалился, а затем невредимым предстал. Снова подходит к Алтын Чюсу и с угрозой произносит слова:
- Настоящего богатыря ты не видел до сих пор. С большим алыпом ты не сражался ещё. Из последних сил меня поднял и не мог поясницу мне переломить. Теперь я тебя подниму и ты испытай мою могучую силу!
И снова они схватились, будто гора с горой столкнулись и всё сотрясалось от этой схватки.
Хум Хара Хан меж тем всё жмёт да жмёт Алтын Чюса к тому утёсу, вершина которого торчала остриём вверх. Хотел он бросить богатыря на это остриё. Но Алтын Чюс тут же смекнул и не дал ему свалить себя. Поднял врага к небу, под облаками закрутил, сбросил его на землю. Поясницу в шести местах переломил, спинной хребет в семи местах изломил. Хум Хара Хан горький стон исторгнул, на тот свет отправился.
И снова бросил богатырь клич, обращённый к стойбищу Хум Хара Хана:
- Ну, есть ли ещё кто в стойбище хана, что может сравниться?!
После этого грозного клича никто не вышел, никто не ответил ему. Только потянулись на вершину Хара сына к Алтын Чюсу разные ханы-пиги, ногами с трудом волоча. Сгибаясь перед ним, как камыши в большую бурю, с почтением умоляли его отпустить их на свои земли, в свои края.
Всех ханов он отпустил со своим народом по своим краям, народ отца своего Ах Хана к родным местам со всем скотом и богатством отправил.
А сам направился на свои земли.
Долго ли, коротко ли Алтын Чюс приближался к родным землям, но пришло время, когда поднялся он на вершину Ах Сына. Там коня осадил и увидел: на пастбищах стада и табуны спокойно пасутся, а в аалах народ мирно живёт.
Рядом с отцовским домом стояла юрта сестры Алтын Харачхай. Сестра поджидала его. Удивился Алтын Чюс и, сойдя с коня, бросился в объятия к сестре. А та быстро ввела его в юрту, усадила за стол, где еда свежим паром клубилась. Едят и говорят брат с сестрою наперебой. Не хватало слов, чтоб рассказать обо всём. От радости рыдают, от горя смеются.
Наутро не успел Алтын Чюс поесть, заржал Многострадальный Белый Конь. Богатырь выскочил и, увидев коня, спросил:
- О, мой Конь Многострадальный, проголодался ли ты или жажда томит тебя?
В ответ конь говорит человеческим голосом:
- Богатырский конь не голодает и жажда его не томит. Зову же тебя не для того, чтобы ты занимался мелочными делами, когда есть ещё враги, которые мучили меня и которые снова могут явиться сюда. Мы должны наказать того богатыря, что меня пригвоздил к чёрной скале.
Услышав слова своего коня, Алтын Чюс вернулся в белый дворец, натянул белый панцирь с девятью застёжками, и, выйдя на улицу, сел на коня и поехал.
Многострадальный Белый Конь рванулся с места, ветром понёсся, вихрем закрутился. Много земель проехали, одна не схожа с другой, много рек пересекли: счесть - не пересчесть. И вот перед ними предстала земля: края то поднимались, то опускались вниз. Нужно было проскочить эту земную пасть. Кто не мог проскочить, раздавливала его земная пасть, как конский помёт. Алтын Чюс, увидев такое страшилище, сошёл с коня. Когда земля поднялась, а затем начала опускаться, Алтын Чюс подлез под неё, упёрся ногами прочно об нижний край, а плечом подпёр верхний и удерживал её, пока Многострадальный Белый Конь не проскочил.
Поскакал Алтын Чюс дальше на своём богатырском коне. Вскоре домчался до Ах Сына, за которым белое море-река протекала. Не её берегу он увидел большой аал и юрту-дворец хан-пига. У золотой коновязи стояли два коня богатырских. Алтын Чюс с вершины горы издал громоподобный клич:
- Отцов сын Иргенек Мирген, выходи сюда! Не ты ли мучил Многострадального Белого Коня и на чёрном утёсе семь лет пригвождённым его держал, собачий ты сын!
Услышав этот клич, Иргенек Мирген в золотую чашу вина налил, в серебряную посуду воду налил и, быстро вскочив на своего тёмно-бурого коня, поднялся на гору к Алтын Чюсу. Изгибаясь в низком поклоне, он с вином приближался к нему. Алтын Чюс. не слезая с коня, саблей ударил по золотой чаше вина, пролил всё вино, по серебряной посуде ткнул, опрокинул чашу. И вся земля обуглилась. Разъярился Алтын Чюс, схватил за повод тёмно-бурого коня и повёл Иргенек Миргена к чёрному утёсу. Стянул злодея с коня и, подняв кверху, сорока гвоздями приколотил его к скале.
Алтын Чюс сел на коня и поскакал дальше. Проехав много земель, он достиг подножья Хызыл Сын-хребта с сорока вершинами. Взглянул по ту сторону и увидел Красное море-реку, где на берегу ханский аал растянулся. Алтын Чюс издал громоподобный клич, как будто лежащий камень на хребте раскалывался, стоящее дерево как будто ломалось.
- Хыян Тоот враждебный, не ты ли моего Многострадального Белого Коня мучил и истязал! И вот я, хозяин его, приехал отомстить тебе! Выходи-ка из юрты!
Из одной юрты вышел богатырь, сел на красно-буланого коня и направился к Алтын Чюсу. Когда он подъехал ближе, ни слова не сказав друг другу, через головы коней рванулись, схватились два богатыря, аж закачался с сорока вершинами хребет Хызыл Сын.
Борются богатыри много дней. И вот богатырь Хыян Тоот стал меньше ногами ступать, больше ладонями упираться об землю. Богатырь Алтын Чюс рванул его, свалил, на круглый камень уложил. Затем, присев на ноги, поднял его в поднебесье, раскрутил три раза, не дал ему опомниться и бросил врага прямо на сороказубчатый чёрный утёс. Хыян Тоот, успев только крикнуть, и испустил дух. Алтын Чюс поймал его коня, разом перерубил мечом его шею.
Вслед за этим снова громоподобный клич бросил богатырь:
- Ну кто ещё может выйти сюда, кто на силу надеется свою, пусть выходит?!
Никто не отозвался на его голос, даже собака не нашлась пролаять навстречу ему. Только потянулись на гору пригнанные и побеждённые Хыян Ханом слабые ханы, нагибаясь в низком поклоне, просили их опустить.
Алтын Чюс спустился к большому аалу и вошёл юрту-дворец хана-врага, а потом народ его подданный за собой повёл. По дороге старикам немощным давал он отдых и сытную еду, ни на кого не сердился, никого не обделил. Вскоре доехал до своей земли.
С тех пор ни один зверь хищный не забегал на эту землю, ни один враг не осмелился идти войной. Люди жили в мире и покое, прославляли богатыря Алтын Чюса и его славного Многострадального Белого Коня.

Прочитано 57 раз Последнее изменение Воскресенье, 21 ноября 2021 23:19
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии