Воскресенье, 23 января 2022 00:00

Древнейщая Хакасия - Введение - Леонид Романович Кызласов

Автор 
Оцените материал
(0 голосов)
|||| |||| ||||

Источник: Кызласов, Л.Р. - Древнейшая Хакасия. М.: Изд-во Московского университета. 1986. 294 с.

Наиболее длительная по времени эпоха каменного века в истории древнейшего населения Хакасско-Минусинский котловины еще в недавнее время таила много неясного в сравнении с последующими периодами бронзового и раннего железного веков1. Однако за последние годы совершены важные открытия, появились новые материалы, изменившие прежние представления.

В 1975 г. в гроте Двуглазка на р. Толчее в Боградском районе Хакасии 3. А. Абрамовой было обнаружено одно из первых жилищ древнейших обитателей Южной Сибири — неандертальцев2 * *. Вторым подобным памятником является, по-видимому, грот иа правом берегу Белого И юса. Неандертальцы, обитавшие на территории Хакасии от 100 до 40 тысяч лет тому назад, были, возможно, первыми древними людьми, поселившимися на Енисее.

Теперь можно считать доказанным, что Хакасско-Минусинская котловина входила в территорию той прародины, где, вероятно, произошло становление Homo sapiens — человека современного типа, с которым связаны последующие поселения верхне-палеолитического периода.

В долине того же Белого Июса, на левом его берегу, в 1975 г. обнаружено интереснейшее поселение верхнепалеолитических людей — стоянка Малая Сыя, относящаяся к периоду около 34 тысяч лет тому назад5.

Значительным событием в изучении верхнего палеолита в области среднего течения Енисея стали монографии 3. А. Абрамовой, вышедшие в свет в 1979 г. Они посвящены обобщению материалов, относящихся к завершающему этапу древнего периода каменного века, собранных за время работ экспедиции, изучавшей стоянки древнего человека в зоне затопления водохранилища Красноярской ГЭС4, а также важные открытия С. Н. Астахова и С А. Васильева в Саянском ущелье, где обнаружены верхнепалеолитические поселения. Н. Ф. Лисициным собраны материалы с мезолитических и неолитических степных и озерных стоянок Северной Хакасии5.

В нашей книге наибольшее внимание уделено памятникам неолитической эпохи, которой завершился длительный период каменного века в истории Хакасско-Минусинской котловины. Эпоха неолита до сих пор остается наименее изученным периодом в истории аборигенных племен, живших в долинах Среднего Енисея, Абакана н по верховьям Чулыма. Этот регион представляет большой интерес и потому, что он является зоной взаимодействия и наибольших контактов двух крупнейших культурных и этнических ареалов неолитической Сибири: урало-обского и прибайкальского. Крайне слабая изученность материалов неолита Хакасско- Минусинской котловины затрудняет воссоздание картины сложных взаимоотношений, существовавших в неолитическое время между племенами Западной и Восточной Сибири.

Без изучения неолитической эпохи невозможно решить важные проблемы происхождения последующих энеолитических племен и населения афанасьевской культуры, нельзя разрешить многие загадки, встающие перед исследователями истоков культур бронзового века.

Все это побуждает проанализировать и обобщить те археологические материалы по неолиту и энеолиту Хакасии, которые собраны Хакасской археологической экспедицией Московского университета (1950—1983 гг.). Сборы их проводились постепенно, в разные годы полевых исследований. Экспедицией обнаружено несколько стоянок, относящихся к неолиту, произведены первые методические раскопки вокруг тех древнейших енисейских каменных изваяний и менгиров, которые сохранились на местах их первоначального установления. Это позволило впервые связать издавна изучавшиеся памятники древнего изобразительного искусства с археологией южносибирской первобытности, позволили обнаружить возле них древнейшие святилища и поэтому осознать не только их назначение, но и датировку.

Сотрудниками экспедиции изучены неопубликованные материалы, происходящие из ряда поселений эпохи неолита, хранящие ся в Минусинском и Хакасском краеведческих музеях, Хакасском научно-исследовательском институте языка, литературы и истории, в Государственном Историческом музее и в фондах Института археологии АН СССР. Все они использованы для выявления характерных черт и особенностей неолитических культур изучаемой территории, для датировки разнородных неолитических памятников, для выявления некоторой исторической динамики развития неолитических и энеолитических культур. При этом мы не претендуем на полную публикацию и интерпретацию музейных коллекций, а также на обобщение всех современных данных по неолиту и энеолиту Хакасско-Минусинской котловины. Целый ряд экспедиций еще не закончил сбор и обработку материалов6.

Автор приносит глубокую благодарность всем сотрудникам, аспирантам и студентам исторического факультета Московского университета, принимавшим участие в полевых исследованиях публикуемых здесь памятников. Особый вклад внесли сотрудники ХАЭ А. В. Кызласова (первооткрывательница неолитических стоянок на сопках Оглахты II и III), И. А. Раскина, И Л. Кызласов, А В. Седов, А. С. Кудрявцев, В. И. Эртюкон, В. П. Тогочакова. 

***

Начало изучения неолита Хакасско-Минусинской котловины связано с именем выдающегося сибирского краеведа Ивана Тимофеевича Савенкова, Главным объектом его исследований были палеолитические и неолитические памятники окрестностей Красноярска, прежде всего Афонтова гора и Баэаиха, а также палеолитические стоянки Верхнего Енисея. В 1885 г. им было предпринято путешествие с целью обследовать долину Енисея выше Красноярска7, do время которого, наряду с открытием стоянок эпохи неолита на р. Тубе, Савенковым в окрестностях д. Лепешкиной, у д. Батени, около Карасука и у с. Анаш были произведены сборы подъемного материала, относящегося к неолитическому времени. Коллекция неолитических орудий была собрана И, Т. Савенковым к его спутниками у д. Тесъ, у горы Изых, по берегам рек Часголу и Узунжулу8.

И. Т. Савенков занимался и классификацией орудий эпохи неолита. Этому, в частности, посвящены его труды: «Заметки по всем установленным типам и разновидностям орудий переходной неолитической эпохи»; «Описание наконечников стрел неолитической эпохи»; «Материалы о классификации и делении орудий каменного века»; «Орудия и изделия нз кости и рога»; «Наконечники как оружие и ручное орудие»9. И. Т. Савенков является автором первой монографии, посвященной наскальным изображениям Енисея І0 11, в том числе Шалаболинской и Оглахтинской писаницам, которые он тщательно изучал более двадцати лет.

После Великой Октябрьской социалистической революции изучение неолита Хакасско-Минусинской котловины было продолжено Н. К. Ауэрбахом, Г. П. Сосновским и С. А. Теплоуховым.

Во время обследования берегов р. Тубы Н. К- Ауэрбах открыл стоянку Богуртак, которую Н. К. Ауэрбах и Г. П. Сосновский (изучавший материалы стоянки), датировали неолитическим временем ". К сожалению, результаты исследования этой стоянки не были опубликованы. В 1929 г. в окрестностях с. Батени С. А. Теплоухов обнаружил многослойное поселение, нижний слой которого (содержавший каменные орудия, керамику, покрытую штриховкой от вытертости травой, и кости диких животных) 12 был отнесен С. А. Теплоуховым к эпохе неолита.

Несколько ранее, в 1923 г., в с. Батени было найдено первое из известных в Хакасии неолитических погребений. Оно было открыто случайно, поэтому данные об условиях находки весьма неполны. Однако, несмотря ка отсутствие сведений об устройстве могилы и расположении находившихся в ней предметов, «погребение представляет собой все же хороший археологический комплекс, дающий, хотя бы и в самых общих чертах, представление о своеобразии культуры неолитических племен, населявших Абакано-Енисейские степи» І3.

Сообщение о погребении в с. Батени сделано Теплоуховым, но он ограничился кратким упоминанием о находке и воздержался от интерпретации памятника4. Подробное описание материалов погребения было опубликовано много лет спустя М. П. Грязновым, охарактеризовавшим материальную культуру неолитических племен Абакано-Енисейских степей как культуру глубоко своеобразую, отличающуюся от известных комплексов Прибайкалья, Красноярска и Томска. М. П. Грязнов высказал предположение, что носители этой культуры начали предпринимать первые попытки одомашнивания животных, хотя основным их занятием попрежнему оставалась охота 15.

Скелет погребенного из с. Батени изучен Г. Ф. Дебецем, констатировавшим его отличие от антропологического типа более позднего, афанасьевского, населения,в. В начале 60-х годов В. П. Алексеев в ряде статей подтвердил вывод, сделанный Г. Ф. Дебецем, и указал на наличие в строении черепа погребенного
южных, «негроидных» признаков. Позднее Л. Г. Козинцев критически отнесся к этим взглядам В. П. Алексеева 12.

В течение двадцатилетия, прошедшего после открытия погребения в с. Батени, накопление сведений о неолитических культурах Хакасско-Минусинской котловины осуществлялось за счет
сборов подъемного материала н случайных находок, пополнивших фонды Минусинского краеведческого музея им. Н. М. Мартьянова и Хакасского областного музея. Отметим обломок обработанной плиты песчаника, напоминавший фигуру янусовидных ка- 

менных рыб-приманок, обнаруженный в 1935 г. археологом Минусинского музея В. П. Левашевой на дюнах у д. Быстрая13. Подобные каменные рыбы-приманки характерны для неолита Прибайкалья; немногочисленные находки их на правом берегу Енисея служат доказательством связей населения правобережья Енисея с племенами Прибайкалья в эпоху неолита (рис. 1).

В 1945—1946 гг. экспедицией Минусинского музея, возглавляемой геологом П. Е. Чернявским, было осуществлено обследование памятников материальной культуры на территории Минусинской котловины, которое выражалось в выявлении, учете и предварительном изучении стоянок, курганов и могильников, а также в сборе на территории стоянок подъемного материала. За полевой сезон 1946 г. этой экспедицией было открыто тридцать восемь стоянок19, большинство из которых, по мнению II. Е. Чернявского, относилось к эпохе камня. В связи с тем что детальное исследование обнаруженных памятников не входило в задачи экспедиции, ни одна из стоянок не была раскопана. В настоящее время часть подъемных материалов, собранных этой экспедицией, хранится в фондах Минусинского музея. Эти материалы использованы в данной работе. В 1947--1949 гг. археологом Минусинского музея Э. Р. Рыгдылоном была проделана огромная работа по обследованию территории Хакасско-Минусинской котловины с целью выявить новые и осмотреть ранее известные памятники каменного века.

В 1947 г. Э. Р. Рыгдылон исследовал берега озер Иткуль, Биле, Шира и отроги горы Изых, где ранее были найдены отдельные орудия, относящиеся к палеолиту и неолиту20. Весной 1948 г. Э. Р. Рыгдылон предпринял поездку в район д. Жеблахты на р, Ое, где на гриве «Каменная Гора» во время раскопок татарского кургана были обнаружены (в насыпи этого кургана) неолитические каменные орудия21. В том же году Рыгдылон подробно исследовал берега р. Тубы и осмотрел некоторые изображения Шалоболикской писаницы, которые отнес к неолитической эпохе52.

Основанием для датирования Шалоболинской писаницы столь ранним временем послужила находка на расстоянии 250 м от рисунков более двадцати каменных орудий (скребков и отбойников), а также сам характер изображений лосей, быков и лодок с людьми, которые как по технике исполнения, так и по «монументально-реалистическому» стилю отличны от изображений эпохи металла 2Э.

Э. Р. Рыгдылоном обследован район с. Тесь, известного в литературе но сборам И. Т. Савенкова, Потрошиловские дюны в устье р. Тубы, а также окрестности деревень Бузуионой, Ильинки и Красный Маяк, где были зафиксированы находхи неолитических изделий из камня. В 1948 г. во время обследования пригородов Минусинска, которое проводилось с целью сбора материала по древней металлургии, Э. Р. Рыгдылон открыл еще одно поселение эпохи неолита, расположенное в 5 км от города на берегу Минусннки 24. Результаты исследований Э. Р, Рыгдылона были освещены в его статье «Новые следы поселений каменного века в бассейне среднего Енисея»25.

В 1949 г. была опубликована монография С. В. Киселева «Древняя история Южной Сибири», где в главе «Южносибирский неолит» обобщены итоги изучения неолитических памятников Ха* касско-Минусинской котловины. С. В. Киселев констатировал крайне слабую разработанность вопроса о неолите Хакасии, однако он высказал твердое убеждение, что неправильно было бы на основе столь печального состояния памятников и на фактах переживания неолитических типов орудий в позднейшее время отрицать самое наличие неолитической стадии на Среднем ЕнисееКак указывал С. В. Киселев, о существовании на территории Хакасии особой стадии развитого неолита свидетельствует «несовпадение уровня развития культуры, выясняемого по позднепалеолитическим материалам и но фактам рлннеметаллическо- го времени». С. В. Киселев отметил находки каменных рыб-приманок из Прибайкалья на территории Хакасско-Минусинской котловины и расценил этот факт как еще одно доказательство наличия в Хакасии стадии развитого неолита, «люди которого одни только могли быть современниками изготовления прибайкальских каменных рыб»27.

Большинство неолитических памятников Хакасско-Минусинской котловины, выявленных FI. Е. Чернявским, Э. Р Рыгдыло- ном и другими исследователями, расположено на правом берегу Енисея. Одной из немногих неолитических стоянок, известных на левобережье, является Бутрахты на р. Таштып, открытая в 1961 г. Я. И. Сунчугашевым На территории стоянки собран подъемный материал, включавший в себя нуклеусы, отщепы, пластины, каменные орудия. Коллекция находок этой стоянии хранится в Хакасском научно-исследовательском институте языка, литературы и истории. В 1962 г. нанесенные охрой неолитические рисунки на скале близ устья р. Сосновки джойской обнаружил А. Н. Лип- скнй (рис. 2)26.

Новый этап в истории археологического изучения бассейна среднего течения Енисея открывают работы Красноярской археологической экспедиции Института археологии АН СССР под руководством М. П. Грязнова, производившей исследования во многих пунктах зоны затопления Красноярской ГЭС. Широкие и планомерные разведки и раскопки привели к значительному пополнению фактических данных29. 

В 1960 г. Черновским отрядом Красноярской экспедиции, возглавляемым Г. А. Максименковым, были произведены раскопки многослойной стоянки Усть-Собакинская, расположенной в 25 км от Красноярска, эверх по течению Енисея30, а в 1961 — 1962 гг. неолитическим отрядом Красноярской экспедиции (начальник отряда Н. Н. Гурина) велись работы по изучению посе-

 

лення в устье р. Бирюсы, впадающей в Енисей в 30 км выше Красноярска3’. В результате этих исследований получены материалы, освещающие различные этапы истории прибрежных районов Среднего Енисея и имеющие большое значение для изучения культурно-исторических связей населения Енисея в неолитическую эпоху.

Большую научную ценность имеет открытое в 1963 г. второе неолитическое погребение, обнаруженное в урочище Черемушный Лог в 4 км выше д. Байкаловой. В физическом облике погребенного прослеживаются палеомонголоидные черты (в отличие от погребенного из с. Батени), что свидетельствует об этнической неоднородности неолитического населения Хакасско-Минусинской котловины. Разнообразный сопроводительный инвентарь из погребения у д. Байкаловой (каменные тесла и топоры, украшения, орудия из кости, абразивные инструменты), устройство могилы и ее ориентировка сближают это погребение с погребениями Ангары и Прибайкалья. Л. П. Хлобыстни и Я. А. Шер, изучавшие данный памятник, датировали его предглазковским вре мснем — концом III тыс. до и. э*2

В 1967—1968 гг. Л. П. Зяблин, возглавлявший Копенский отряд Красноярской экспедиции, открыл пять неолитических поселений: в районе Перевозинского чаатаса (у с. Абакано-Пере- воз); у д. Копёны; на правом берегу Абакана около д. Киндырла; в районе могильника Тас хазаа иуд. Унюк .Краснотуранского района33. Четыре первых поселения не раскапывались. Подъемный материал, собранный на их территории, малочислен и не вносит нового в характеристику неолита Хакасско-Минусинской котловины. Унюк, единственное из до сих пор известных неолитических поселений с сохранившимся культурным слоем, был расположен на правом берегу Енисея вблизи устья р. Сыды. Он раскопан Зяблиным большой площадью в 1967—1968 гг. Обнаружены значительное количество фрагментов глиняной посуды и разнообразный каменный инвентарь: топоры и тесла из зеленого нефрита, кремневые наконечники копий и стрел, вкладыши, ножи, скребки, песчаниконые пилы для распиловки нефрита. Детальное изучение материалов, обнаруженных при раскопках этого уникального памятника, дает возможность получить новые важные данные о хозяйстве и быте неолитических племен, а также о связях обитателей поселения с соседями 3*.

В 1968 г. Хакасской археологической экспедицией МГУ под руководством профессора Л. Р. Кызласова при раскопках средневековых курганов и крепости на левом берегу Енисея, в 40 км ниже г. Абакана, в горах Оглах-тах, были открыты две неолитические стоянки — Оглахты II и Оглахты Ill83. Стоянки расположены на сопках, отдаленных друг от друга на 800 м. На территорни обеих стоянок под слоем дерна были обнаружены орудия из речной гальки, наконечники стрел, нуклеусы, пластины, многочисленные отщепы, а также обломки глиняных сосудов. Отдельные каменные орудия и фрагменты керамики были обнаружены, во вторичном переотложенном состоянии, в насыпях раскопанных средневековых курганов. Характер кремневого инвентаря и керамической посуды обеих стоянок, одинаковые условия залегания материала, а также незначительное расстояние между стоянками — все это позволяет считать Оглахты И н Оглахты 111 единым местонахождением. Оглахты II и Оглахты Ш являются уникальными для Хакасии стоянками, расположенными не на берегу рек и водоемов, а в горах, на значительном расстоянии от источников воды. Пребывание людей на этих стоянках было, повидимому, непродолжительным (об этом свидетельствует и отсутствие культурного слоя) Возможно, это сезонные поселения, на которых охотники жили временно.

В 1969 г. археологом Минусинского краеведческого музея Н. В. Леонтьевым была обнаружена первая в Хакасско-Минусинской котловине стоянка озерного типа, расположенная на восточном берегу озера Кыэыкуль (Минусинский район). На территории стоянки найдено большое количество разнообразных каменных орудий и фрагменты нескольких глиняных сосудов. Последнее обстоятельство важно, так как обломков керамики на неолитических памятниках Хакасии, как правило, чрезвычайно мало. Но раскопки на стоянке Кызы куль не были произведены.

Важным историческим источником для изучения духовкой жизни древних обитателей Хакасско-Минусинской котловины являются наскальные изображения Шалоболинской и Оглахтинской писаниц, а также каменные изваяния Ах оба н Чалгыс оба на левом берегу р. Нини (правом притоке Уйбата). В 1970 г. экспедицией МГУ были произведены раскопки вокруг этих ранних культовых изваяний, почитание которых началось еще в эпоху неолита эе. Об этом свидетельствует находка при изваянии Ах оба кремневого скребловидного орудия, изготовленного из пластинчатого отшепа (рис.3,2). Подобные орудия были широко распространены в неолитическое время на Урале, в Хорезме, в Казахстане37, а на территории Сибири встречаются (в развитом и позднем неолите) в Белькачи 1, в Туой-Хая и Усть-Чиркуо38, а также в поселениях на берегу Анабары и Оленека 32.

Что касается Оглахтинской и Шалоболинской писаниц, то их научное изучение было начато И. Т. Савенковым, посвятившим им свой труд «О древних памятниках изобразительного искусства на Енисее». В 1904—1910 ГГ. большую работу по изучению петроглифов Верхнего Енисея проделал Л. В. Адриано«, однако результаты его исследований опубликованы не были. Часть эстампажен Адрианова издана К. В. Вяткиной в 1949 г. и работе «Шалоболин

  

ские (Тесинские) наскальные изображения»10. Вклад в изучение Шалоболикских и Оглахтннских петроглифов внес А. А. Формозов, занимавшийся вопросами их датировки, исследовавший сюжеты, а также стилистические и художественные особенности этих наскальных изображений. А. А. Формозов, сопоставив петроглифы Хакасии и Ангары, пришел к выводу, что Хакасско-Минусинская котловина входит в ту же зону первобытного искусства, что Ангара и Верхняя Лена. Стиль, объединяющий петроглифы этих районов, вырабатывался в неолитическую эпоху, не ранее серовского времени11. Большую работу по изучению писаниц произвел отряд Красноярской экспедиции под руководством Я. А. Шера«

Процесс изучения неолита Хакасии все еще переживает свой первый этап — этап накоплении информации. Большинство данных получено я ходе исследования памятников других эпох или случайно. В Хакасии, главным образом благодаря работам Э. Р. Рыгдылона, известно немало неолитических поселений, однако исследование этих важнейших памятников сводилось к сбору подъемного материала, не документированного стратиграфически. Коллекции случайных находок, несмотря на отсутствие планиграфических данных, имеют определенную научную ценность и значительно пополняют фонд материалов по неолиту Среднего Енисея. Однако всего этого недостаточно для всесторонней характеристики особенностей неолитических культур рассматриваемой территории.

Еще в 1947 г. Э. Р. Рыгдылон указывал43 на необходимость раскопок большими площадями ранее зарегистрированных и вновь открываемых поселений каменного века. Это высказывание сохраняет свое значение и теперь. Такие неолитические поселения, как, например, Кызыкуль, Оглахты II и Оглахты III, Бутрахты и другие, при условии проведения на их территории систематических раскопочных работ могут вслед за поселением Унюк стать опорными комплексами при интерпретации материалов неолитического времени территории Хакасско-Минусинской котловины. В 1980—1981 гг. небольшие раскопки на некоторых поселениях произведены А. В, Виноградовым и. Следует надеяться, что в недалеком будущем полевые работы на неолитических поселениях Хакасии будут развернуты широким фронтом. С особым интересом ожидают археологи Южной Сибири открытия в бассейнах Верхнего и Среднего Енисея больших серий неолитических погребений и целых могильников.

Прочитано 414 раз Последнее изменение Воскресенье, 23 января 2022 14:23

Галерея изображений

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии