Четверг, 10 октября 2013 00:00

МАНА-ИНЕЙ

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

Во времена монгольских завоеваний главой нашего народа был Оджен-бег. Места его кочевий находились в долине Енисея, в верховьях реки Биджа.

Однажды нагрянул на наши земли Моол-хан с войском, вооруженным огненным боем. Князь Оджен-бег выступил ему навстречу. На горе Уйтаг произошла кровавая сеча с врагом. В неравном бою Оджен-бег вместе со своими батырами погиб. С тех пор гора, где пал смертью героя Оджен- бег, стала называться Уйтаг.

Завладев народом Оджен-бега, Моол-хан угнал его за Саяны, в Тор- бетскую страну. Как говорится, жизнь находится в руках сильнейших. Среди угнанных людей оказалась младшая жена Оджен-бега по имени Мана-иней.

По пути следования вечером и утром пленников пересчитывали. Женщины не учитывались, так как они не были ясакоплательщиками.

В Уйбатской степи по р. Хойза находится счетная каменная груда «обаа», где ночевали собранные люди перед угоном в Монголию. Когда пересчитывали наш народ в местности Хойза, жена хакасского князя Оджен-бега по имени Мана-иней захватила один мешок с провизией и сумела убежать от колонны уводимых людей в верховья Уйбата. Она была беременной. Когда Мана-иней с плачем одолевала один тасхыл, то подошло время рожать. На вершине этой горы под пихтой она родила двух близнецов - сыновей. Она нарекла их следующими именами: «В месте моего плача (по-хакасски «сыхтаан») родившийся сын пусть бу­дет носить имя Сыгда, у подножия пихты (по-хакасски «сыбы») рож­денный мой сын пусть будет Сыбы». С тех пор наш народ называет эту гору, стоящую в верховьях реки Ниня, «Мана-туган» - т. е. гора, где родила Мана.

После благополучного разрешения от бремени Мана-иней перевалила гору Ызых-тасхыл в верховьях Уйбата и достигла реки Иней-суг, впа­дающей в Улень. На реке Иней-суг в месте Тораат-кичии есть гора с пе­щерой, в которой Мана-иней, спрятавшись, стала жить. До сего времени в этой пещере, называемой хакасами Иней-хуюзы - т. е. пещера Старухи, сохранились колыбели ее сыновей. Пещера Иней-хуюзы находится в трех верстах от аала Шатов.

Мана-иней ставила верши в реке, ставила петли на холмах и попав­шимися в них зверями и рыбой кормила детей. У нее был заступ - «озоп», которым она копала съедобные корни пионов, сараны и кандыка. До сих пор ее озоп висит вросшим в лиственницу около входа в пещеру Иней-хуюзы. Ныне это дерево выросло настолько большим, что его ствол не обхватить руками двух человек. Во времена Мана-иней эта листвен­ница только начинала расти.

Мана-иней из таволги сделала луки, из тальника стрелы, из своих во­лос сплела тетиву, пошила сыновьям одежду «хырна» из кожи диких коз. Сыгда и Сыбы стали охотиться. Мать строго наказала им далеко в тайгу не уходить, добывать различных зверей и птиц, но не убивать медведя, являющегося братом их предков. Однажды в густых таежных зарослях юноши встретили громадного, обросшего черной шерстью зверя с боль­шими когтями и с широкой пастью. Сыгда и Сыбы, не раздумывая, сра­зили стрелами из своих луков хозяина тайги. Братья принесли его мясо матери. Мана-иней, увидев добычу, испугалась: «Нельзя было убивать вашего всевидящего деда (чир хулахтыг, чиген частыхтыг ага), - про­изнесла она. - Теперь нам надо провести медвежий праздник «аба-той», оплакать душу погибшего таежного брата, чтобы дух предка не оскор­бился. Медведь когда-то был человеком, нашим предком — «ага», ушед­шим от людей в тайгу».

Мана-иней вместе с сыновьями устроила поминки по убитому медве­дю. Она заставила сыновей проглотить сырыми глаза, дабы медведи не смогли прямо на них смотреть. Всю ночь нельзя было спать, нельзя было вкушать печень и сердце, а надо было только причитать: «Умер наш отец». С тех пор среди нашего народа возник обычай - совершать помин­ки по убитому медведю.

Мана-иней была ясновидящей женщиной. Она использовала для гада­ния плечевую кость застреленного медведя. Однажды сквозь трубчатое отверстие Мана-иней обнаружила прятавшихся в Уленьской тайге сооте­чественников. «В долине Июсов есть еще люди, оставшиеся от погромов, они голодают», - говорит мать. Два брата отправились в верховья Июсов, где обнаружили разрозненные роды июс-сагаев и хызыл-сагаев. До сих пор наши старики вспоминают: «Июс-сагаи, вместе с кызыльцами - на­род, вскормленный Сыгда и Сыбы». Со стороны Томи в наши края пере­селились шорские роды, которые стали называться том-сагаи. Через не­которое время от двух братьев выросло потомство, основавшее сеок ир- гитов.

Монгольский хан получил известие о живущих в верховьях Июсов, среди Уленьского хребта иргитах. Он отправил туда для их покорения свое войско. Мать, Мана-иней, по плечевой кости узнала о надвигающей­ся опасности со стороны Моол-хана. «Монголы хотят нас окончательно уничтожить, - предупредила Мана-иней своих сыновей. - Когда появятся воины Моол-хана, стреляйте по задним рядам, пропускайте впереди идущих».

Во время охоты на горе Сыгым-тасхыл Сыгда и Сыбы увидели в до­лине Хахпан двигающихся всадников. Два брата, прицелившись в не за­щищенные кольчугами шеи едущих в задних рядах всадников, открыли стрельбу. Когда монгольский военачальник оглянулся, за ним следовало всего три воина.

После этой битвы пришел помогать братьям в борьбе с монголами ба­тыр по имени Куяс, прятавшийся от войны в пещере Куяс. Затем к ним присоединился батыр Оджен-бега по имени Таганах-Батыр. Теперь четы­ре батыра - Сыгда, Сыбы, Куяс и Таганах-Батыр - стали поджидать мон­гольское войско. По реке Улень на крутой скале соорудили крепость, на дороге поставили самострелы.

Однажды Сыгда и Сыбы заметили в воздухе что-то летящее и бьющее в бубен. Два брата в недоумении рассказали об этом явлении матери. Мана-иней им объяснила: «Это великий военный шаман Моол-хана по имени Паламор-кам, имеющий девять бубнов. Он отправлен на развед­ку». Сыгда и Сыбы меткими выстрелами сбили шаманский бубен. Шаман Паламор-кам рухнул на землю.

После этих событий монгольский хан решил пойти на перемирие с иргитами и отправил послов. Во время встречи с послами два брата в долине реки Харо с горы Тумзух увидели в небе орла. Один из них говорит, что отстрелит клюв, другой говорит, что отстрелит коготь. Натянув луки, они выстрелили, и орел с клекотом упал на землю без клюва и когтей. Монгольские послы удивились меткости хакасских стрелков'. С тех пор гора, где они отстрелили орлиный клюв, носит название «Тумзух-таг». Эта гора находилась в трех верстах от аала Мойнашев. Мана-иней послам передала соболиные меха в качестве подарка монгольскому хану.

Сыгда и Сыбы, но приглашению прибыв к монгольскому хану, реши­ли показать свое боевое искусство. Моол-хан устроил соревнование в стрельбе по диким козам. Стрелки Моол-хана за день набили груду коз величиной со стог сена. Два брата, жалея бегущих коз, решили отстрели­вать только их правые уши. После завершения соревнования два брата принесли монгольскому хану по одному мешку добычи. Но когда они высыпали отстреленные уши коз, то их число оказалось намного больше монгольской добычи. Меткие стрелки Сыгда и Сыбы выиграли соревно­вание. Моол-хан, удивившись, приказал больше не воевать со страной Хоорай и не вмешиваться в их дела. Двум братьям в дар он преподнес соловых коней, желтых собак и желтые одежды. С тех пор потомкам Сы­гда и Сыбы - иргитам, запрещается ездить на соловых конях, надевать желтые одежды и держать желтых собак. Почитая дар Моол-хана, ста­ринный народ сохранял обычай запрета «аатасханы».

После возвращения из Монголии Сыгда и Сыбы вместе с матерью Мана-иней вывели свой народ из Уленьской тайги в степь. В стране Од­жен-бега зажил снова наш народ. От двух братьев родились Кирбигес и Сарбыгас. От Кирбигеса пошла фамилия Кирбижековых. У Сарбыгаса было два сына - Салдыгас и Маганах. От них произошли фамилии Салдыгашевых и Маганаковых.

Прочитано 1365 раз

Последнее от AskizON

Другие материалы в этой категории: « НЕИСТОВЫЙ КНЯЗЬ ОДЖЕН-БЕГ СЫГДА И СЫБЫ »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены